http://antibaptism.ru/ ru Крещение - Баптизм баптист ехб секта история религия православие DataLife Engine http://antibaptism.ru/kreschenie/111-o-kreshhenii-mladencev.html http://antibaptism.ru/kreschenie/111-o-kreshhenii-mladencev.html О крещении младенцев.

Евангельские христиане-баптисты не крестят детей, делая ссылку на следующее место Священного Писания: "Крещение, не плотской нечистоты отмытие, но обещание Богу доброй совести" (1 Пет. 3:21). Поскольку, объясняют они, ребенок не может в силу возраста давать такое обещание Богу, то крестить надо взрослого человека по его вере. А дети не имеют греха и поэтому чисты, а следовательно, если и умирают, не достигши полноты возраста, то идут в рай. Так объясняется ими необходимость крещения лишь взрослых людей, да и то лишь, имеющих духовное возрождение. В свою очередь, приведем также несколько стихов для трактовки православной позиции в этом вопросе. "И как быть чистым рожденному женщиной" (Иов 25:4); "... и во грехе родила меня мать моя" (Пс. 50:7); "... иначе ваши дети были бы нечисты, а теперь святы" (1 Кор. 7:14). В последнем приведенном стихе из Нового Завета усматривается противоречие с мнением ЕХБ о том, что дитя рождается уже чистым. Если бы это было так, то и речи о нечистых детях, рожденных от грешных родителей (о чем свидетельствуют предшествующие ему стихи из Иова и Псалтири) не шло. Отсюда логическое завершение: "... крестился сам и весь дом его" (Деян. 16:33; 16:15).

Практическое руководство к вопросу о крещении детей.

Простой вопрос к баптистам, считают ли они крещение таинством или это простой обряд? Одни из них скажут, подумав: "Ну конечно, таинство!" Хорошо, если это таинство, которое имеет в лексическом значении слова "тайну," т.е. то, что происходит в запредельном для разума и понимания Божественном плане, то такое право вы имели нарушить волю Божию, Его Промысел, по которому во младенчестве ребенку было преподано крещение? То есть нарушить тот акт, в котором было непосредственное участие Бога? Кто дал право корректировать волю Божию, "поправлять ковчег накренившийся" или поправлять по своему усмотрению назорейство, от юности Богом данное? Таким образом, признавая крещение таинством, и все же перекрещивая людей повторно, вы вторгаетесь в Его Божественный Промысел и прямо становитесь в позицию богопротивников.

А вспомните-ка обрезание еврейских младенцев! Вы ссылаетесь на то, что это было в Ветхозаветное время? Но мы сейчас не об этом. Мы о том, по вере ли своей принимали младенцы обрезание. Что разве Сам Спаситель был обрезан по Своей вере? Читаем к Римлянам (4:11): "И знак обрезания он получил (Авраам), как печать праведности через веру, которую имел в необрезании, так что он стал отцом всех верующих в необрезании, чтобы и им вменилась праведность." Видите, если печать праведности (т.е. обрезание) Авраам получил, будучи в возрасте через веру, то причем здесь младенцы с этим же знаком на плоти? Тогда оппонент ретируется и может сказать, что это обряд. Хорошо, если это обряд, тогда тем более он необязателен, т.к. если и имеет какое участие в спасении, то лишь самое минимальное, если никакого вовсе. Тогда опять же, зачем перекрещивать заново, т.е. повторять мало значимое в деле спасения?

В заключение по этому вопросу следует добавить, что, безусловно, по милосердию Божьему дитя может быть спасено и так. Мы помним, как был спасен разбойник на кресте. "Но, вот вода, что препятствует мне креститься?" (Деян. 8:36). Еще важным и обязательным участником при крещении младенцев в Православии является институт восприемников, т.е. крестных родителей, которые несут ответственность за воспитание чада перед Богом.
]]> Admin Thu, 22 Jan 2009 14:47:42 +0100 http://antibaptism.ru/kreschenie/83-o-tainstve-kreshhenija.html http://antibaptism.ru/kreschenie/83-o-tainstve-kreshhenija.html

О таинстве Крещения

Вопрос о крещении распадается на 2 главных подвопроса:
1. Что есть крещение?
2. Можно ли крестить детей?

Для нас крещение - это просто обряд, внешнее выражение того, что уже произошло. Наш пастор на занятиях с готовящимися креститься часто говорит, что если вы покаялись, то вы уже спасены, уже в Церкви, вам уже прощены грехи, вы уже во Христе. Крещение - это лишь только присоединение к поместной церкви и "обещание Богу служить (это слово баптисты всегда почему-то добавляют в этом месте) доброй совестью".
Для православных же прощение грехов, вхождение во Христа и в Церковь совершается при крещении, а также и дарование Святого Духа. Рассмотрим сначала этот вопрос. Писание неоднократно утверждает, что для прощения грехов, для спасения и для вхождения в Церковь нужно не только покаяние, но и крещение. "Петр же сказал им: покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов" (Деян. 2:38). Ап. Павлу, который уже покаялся и находился 3 дня в посте и молитве, Анания обращает слова: "Итак, что ты медлишь? Встань, крестись и омой грехи твои, призвав имя Господа" (Деян. 22:16). По-нашему, Ап. Павлу уже прощены были грехи, ведь он покаялся: зачем же их еще омывать в крещении? В Еф. 5:25-26 Ап. Павел говорит: "... Христос возлюбил Церковь..., чтобы освятить ее, очистив банею водною, посредством слова". Слово "баня" - это греческое "катарисмос", что буквально значит "омовение, очищение".
Итак, Христос свою Церковь очистил омовением водным - куда уж понятнее, что речь идет о крещении? Подобное место есть в Тит. 3:5, где сказано, что "Он спас нас... банею (омовением) возрождения". Т.е., мы спасены омовением, крещением, а не только верою. Также и Ап. Петр пишет: "...крещение, не плотской нечистоты омытие, но обещание Богу Доброй совести, спасает..." (1 Пет. 3:21). Слово "спасает" относится к слову "крещение". Между ними стоит просто объяснительная фраза, относящаяся к слову "крещение". Написано также, что "кто будет веровать и креститься - спасен будет; а кто не будет веровать - осужден будет" (Мф. 16:16) (Протестанты обращают здесь внимание на вторую часть стиха, где о крещении не сказано. Но понятно, почему это так. Ведь кто не будет веровать, тот и не креститься, а потому и не спасется).
К тому же, Сам Христос прямо заявил: "... если кто не родится от воды и духа, не может войти в Царствие Божие" (Ин. 3:5). Протестанты говорят, что под рождением от воды здесь нужно понимать не крещение, а рождение от Слова Божия. Они считают, что Христос не стал бы говорить с Никодимом о крещении, т.к. церковное крещение еще не было установлено, и Христос бы не стал говорить ему того, чего он не мог понять.
Но, во-первых, по протестантскому же принципу герменевтики простейшего значения текста, рождение от воды куда проще понять как крещение, нежели как рождение от Слова Божия.
Во-вторых, Христос часто отнюдь не заботился о том, насколько хорошо понимают его слушающими (см., например, Ин. 2:19; 8:27; Лк. 2:50; 9:45; 18:34).
В-третьих, Христос укорил Никодима за то, что он не понял Его слов, а значит, он мог и должен был их понять.

К тому же, все верующие, отцы Церкви всегда понимали это место именно как крещение (См., например, толкование этого места у Златоуста: "Беседы на Евангелие от Иоанна Богослова". - Петербург, "Посада", 1993 г , с. 161-167).
Кроме этого, Писание говорит и о том, что вхождение во Христа, в Церковь Его происходит не при покаянии, а при крещении. Ап.Павел пишет: "Все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились" (Рим. 6:3), а также: "Бывши погребены с Ним в крещении, в Нем вы и совоскресли верою в силу Бога..." (Кол. 2:12).
Кроме этого, к Галатам он пишет: "Все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись" (3:27). В этих и подобных местах о крещении говорится как о реальном вхождении во Христа, реальном соединении с Ним в Его смерти и воскресении, реальном облечении в Него и погребении с Ним. По нашему пониманию все это уже произошло с нами при покаянии, а крещение - лишь внешний знак внутреннего преобразования, лишь внешнее засвидетельствование того, что я уже во Христе, что я уже спасен, что мне уже прощены грехи. Ведь по Писанию это не так. Протестанты отошли от никео-константинопольского символа веры, который они признают теоретически, ведь он утверждает: "Исповедую единое крещение во оставление грехов". У нас же оно и не единое - мы ведь перекрещиваем православных; и не оставляет грехи - ведь мы верим, что уже до крещения они нам оставлены. Крещение у нас, вообще, по сути, не имеет смысла, т.к. засвидетельствовать о вере можно, просто сказав об этом, так же, как и войти в поместную церковь можно, просто заявив о своем согласии с ее учением. Мы сами часто понимаем, что крестим только потому, что это прямо предписывает Библия.
Когда я изучал вышеприведенные стихи, то не мог все же понять, почему в этих местах говорится ясно, что крещение нужно для прощения грехов и вхождения во Христа и Церковь, для спасения, а в других говорится как будто бы о том, что одной веры достаточно. Вскоре у меня родилась аналогия картины спасения, которая, как мне кажется, объясняет это недоразумение.
Представьте, что идет война и в окопе сидят солдаты, окруженные со всех сторон. Им грозит неминуемая гибель. Вдруг кто-то говорит: "Идите сюда, здесь рядом есть убежище, в котором вы спасетесь". Те, которые поверили - те спаслись, а неповерившие - погибли.
А теперь вопрос: что спасло тех солдат? Можно сказать, что вера? Да. А можно ли сказать, что их спасла весть сказавшего им об убежище? Да. А можно ли утверждать, что их спасло то, что они пришли в то убежище, т.е. само их действие? Тоже да. А можно ли сказать, что спасло их убежище? И это правильно. Т.е., для их спасения нужно было 4 вещи: весть, вера, действие и само убежище. Так вот: весть - это Евангелие, без которого нельзя спастись. Вера - это вера Евангелию, этой вести о спасении. Само действие, вход в убежище - это есть крещение, вхождение во Христа, как Писание нам и говорит, а убежищем является Сам Христос. Как же мы можем спасаться только верой? Вера для того и нужна, чтобы ввести нас в это убежище. И в Н.3. так всегда и происходило: если человек веровал, то он сразу же крестился. Он веровал, что во Христе спасение, и это сразу же толкало его на действие - войти во Христа в крещении, облечься в Него, соединиться с Ним в этом Таинстве. Потому часто Писание нам и говорит: только уверуй - и спасешься, т.к. само собой разумелось, что вера, если она истинная, приведет вскоре ко крещению. О тех солдатах можно сказать, что они спаслись по вере, п.ч. их вера побудила к действию, но в действительности нужна была и весть, и вера, и действие, и убежище. Так и Писание часто говорит, что мы спасены по вере, имея в виду, конечно же, все спасение в комплексе. Сама же вера без этого действия не может спасти человека. Это было бы похоже на то, как если бы те солдаты поверили той вести, но остались в окопе, довольные тем, что они уже спасены только тем, что поверили. В Новом Завете и вообще в ранней истории Церкви неизвестно ни об одном человеке, который бы, уверовав, не крестился. Разбойник на кресте? Но он был спасен по слову Христа, причем, как еще ветхозаветный человек. Христос тогда еще не умер и не воскрес. Дух Святой еще не сошел на землю, и эра Церкви еще не началась. Крещение еще не совершалось, да и он не мог быть крещен, будучи на кресте. Церковь с самого начала признавала необходимость крещения для спасения, и никто не считал, как мы, одной веры достаточной.
Василий Великий пишет: "А каким образом спасаемся? Таким, что возрождаемся именно же благодатию, подаваемою в Крещении. Ибо чем иначе спаситись". И еще: "Вера и крещение суть 2 способа спасения, между собой сродные и нераздельные".
Св. Иустин говорит: "Другого пути и сему (отпущению грехов) нет, кроме того, чтобы, познав Христа и омывшись Крещением во оставление грехов, начали потом жить безгрешно".
Климент Александрийский: "Будучи погружаемы (в воду) мы просвещаемся; просвещаясь, усыновляемся Богу...".
Григорий Богослов:"Благодать и сила Крещения не потопляет мира, как древле, но очищает грех в каждом человеке и совершенно измывает всякую нечистоту и скверну, привнесенную перворождением...".
Златоуст:"Всех очищает благодатное Крещение... (крещаемый) выходит из Божественных вод чище лучей солнечных" (Все цит. по "Православно-догматическому богословию", том II, с. 327-337).
Так же верили и другие древние учителя Церкви, такие как Кирилл Иерусалимский, св.Афанасий, блаж.Августин, Иероним, Амвросий, Феодорит и др.(См. там же, с. 322-337). Итак, для спасения нужно креститься, а вне Церкви нет Крещения. Протестанты могут покупать человека в водичке и омыть грязь с тела, но крестить во Христа, открыть Христа воде крещаемому, смыть в Крещении не нечистоту плоти, а грехи может только Церковь; Христос через Своих законных пастырей.
Протестанты часто осуждают православных в том, что они так легко преподают крещение всякому и так мало из этих крещенных становятся впоследствии истинными христианами. Ответ на это прост. Церковь в этом вопросе следует апостольской практике. Ап. Петр произнес короткую проповедь, после чего все уверовавшие, которых было около 3000, тут же были крещены (Деян. 2:14-48). Никакого испытания никто не проходил. Откладывать крещение на год или 3, как делают это, например, баптисты, с целью испытания для церкви, немыслимо. Мы не имеем права не позволять человеку войти в ковчег спасения Церковь, креститься во Христа, омыть свои грехи. Разве можем мы судить, право, кто достоин и недостоин этой благодати крещения? Разве можем мы видеть сердце человека? Да и разве достойных только нужно крестить? Среди крестившихся от проповеди Апостолов был Симон - волхв, который был исполнен всякого греха, но, тем не менее, и он был крещен и не был отлучен от Церкви даже тогда, когда внутренность его открылась (Деян. 8:13, 18-24). Церковь дает возможность каждому совершать свое спасение. Захочет крещенный возрастать в вере и просвящении, взращивать то семя Духа, которое он получил, - слава Богу. Захочет попрать эту благодать, заглушить это семя - не должно ему в том препятствовать. Сам Христос призывает нечестивца: "Неправедный пусть еще делает неправду; нечистый пусть еще сквернится..." (Откр. 22:11). Филипп крестил евнуха сразу, как только тот выразил свое желание и веру во Христа (Деян. 8:13, 18-24). Так, Церковь крестит всякого, кто только выражает желание и православно исповедует веру во Христа.

Теперь о детокрещении: можно ли крестить детей?
Достаточно только обратиться к приведенной аналогии, чтобы ответить на этот вопрос правильно. Разве стали бы мы спрашивать ребенка, находящегося с нами в том окопе, согласен ли он пойти с нами? Мы бы просто, без спроса, взяли бы его с собой, а не оставляли бы его, пока он подрастет, чтобы самостоятельно принять решение, хочет ли он спастись.
Но давайте посмотрим, все же, что в Писании сказано о крещении детей и как Церковь с самого начала относилась к этому вопросу.
В В.3. даны несколько прообразов крещения, и все они включали детей. Ап. Павел пишет:"...отцы наши... прошли сквозь море; и все крестились в Моисея в облаке и в море..." (1 Кор. 10:1-4). Здесь как раз все эти 4 шага спасения: весть о спасении, вера слышавших, действие (переход на ту сторону) и тот берег - само спасение. Стал ли кто-то спрашивать детей, верят ли они и хотят ли, что бы их спасли? Нет, их просто взяли и спасли в крещении в море. Также в Кол. 2:11-12 Ап. Павел проводит определенную параллель между обрезанием и крещением:"В Нем вы и обрезаны обрезанием нерукотворным, совлечением греховного тела плоти, обрезанием Христовым; бывши погребены с Ним в крещении...". А кого обрезывали в В.З.? Маленьких мальчиков. Их вводили в завет Божий без их согласия, но потом, вырастая, этот мальчик или подтверждал решение своих родителей или отказывался от него и становился идолопоклонником, как это часто происходило при Ахаве и др. царях. Как раньше Бог заключил завет со всем Израилем, так и сейчас. Ап. Петр, призвав народ веровать и креститься во имя Христа, говорит: "Ибо вам принадлежит обетование и детям вашим..." (Деян. 2:37-39). Детей нужно здесь понимать и как потомков, но вовсе не только в этом смысле. Первый и более простой смысл этих слов в том. что именно уже имевшимся на тот момент времени детям принадлежит обетование крещения. В Писании есть и другие места, где, когда говорится о детях, имеются в виду прежде всего уже имеющиеся дети, а потом уже и потомки (Быт. 43:8; 48:6; Чис. 14:6). Но вы не найдете, видимо, ни одного места, когда о детях говорится как только о потомках.
Кроме этого, Христос велит: "Итак, идите научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына, и Святого Духа, уча их соблюдать все, что я повелел вам" (Мф. 28:19-20). Здесь не делается никакого исключения, тогда как Писание, когда не имеет кого-то в виду, делает оговорки, как, например, в Мф. 14:21.
Писание также говорит о крещении целых семейств: Стефанового, Лидии и темничного стража (1 Кор. 1:16; Деян. 16:14; Деян. 16:33). Это не является доказательством на 100% (ведь там могло и не быть детей), но вероятнее всего, что дети в этих семьях были, раз не сделано никаких оговорок, как в случае с насыщением толпы. Ведь даже статистически очень маловероятно, что во всех этих семействах не было детей, тем более, если учесть то, что раньше семьи были многодетны и многие включали в себя и рабов.

Теперь, как же объяснить то, что крещение есть "обещание Богу"? Разве может младенец обещать? Греческое слово, которое здесь стоит, это слово "еперотема", что буквально значит "испрошение, просьба". Во многих переводах и русских, и английских передается именно этот смысл. В др. местах Н.3. это слово также переводится как испрошение. А может ли ребенок просить? Конечно, ведь вся его жизнь - это просьба, крик о помощи. Если ребенок нуждается в еде и тепле, то еще более он нуждается во Христе и Церкви.
Протестанты говорят, что крестить ребенка нельзя, т.к. это - насилие над его свободой воли, ведь может он не хочет быть в Церкви. Интересно мы мыслим. Когда ребенок болеет - мы не спрашиваем его, хочет ли он лечиться, а лечим его против его воли, и никто за преступление это не считает, а ввести его против воли в Церковь - конечно же большое преступление и насилие. Когда мы отдаем ребенка в общеобразовательную или музыкальную школу, когда ежедневно мы понуждаем его делать то или другое, не спрашивая, хочет ли он делать это, то мы не считаем это насилием. Ввести же его в Церковь, для нас - насилие. Когда мы его рождали, то тоже не спрашивали о его согласии, хочет ли он рождаться, а родить его духовно, для Божьей жизни, для нас - насилие. К тому же, свободной воли ребенка не лишают, т.к. если он, возмужав, не захочет остаться христианином - он имеет такой выбор, и это часто так и бывает. Теперь, даже если оставить слово "обещание" в 1 Пет. 3:21 (оттенок этого смысла содержится в слове "еперотема"), то и тогда можно крестить детей. В В.3. матери Самсона и Самуила посвящали своих детей Богу, за них давали обет служить Ему, и Бог это не осуждал, а, напротив, одобрял (Суд. 13:1-7; Цар. 1:11).
Обрезание также было вхождением в народ Божий, в завет с Ним, а завет предполагает обещание и соглашение двух сторон. Так и Авраам обрезал сотни своих уже даже взрослых Домашних, не особенно, видимо, спрашивая их согласия (Быт. 17:27). Как же это евреи вводили детей в завет с Богом, давали за них обещание состоять в этом завете и быть иудеем без их согласия? Вот так и сейчас родители вводят своих детей в народ Божий, в Церковь и посвящают их Богу, за них заключают завет с Ним. Почему сатанисты совершают различные посвящения своих детей сатане, которые, хотя и делаются без согласия ребенка, имеют все же, как известно, огромное действие на него, а Богу в крещении мы своих детей посвятить не можем? Диакон А. Кураев рассказывает случай, когда один сатанист пришел к нему и спрашивал о том, как можно смыть с себя крещение церковное, совершенное в детстве. Оно мешало ему полноценно служить сатане (А.Кураев "Протестантам о Православии", с. 47). Разве не свидетельство это действительности детокрещения? Кроме того, уже упоминался случай, когда Христос простил грехи человеку по просьбе его друзей. Так же Он прощает гpexи и младенцу по просьбе родителей. А нуждается ли ребенок в прощении грехов? Конечно же, ведь он тоже грешник, и Давид говорил, что во грехах он и зачат. Мы скажем, что детям креститься не нужно, т.к. "таковых есть Царствие Божие" (Мр. 10:14).
Но тогда ведь получается, что и нам креститься не нужно, ведь сказано дальше, что "кто не примет Царствие Божие как дитя, тот не войдет в него" (Мр. 10:15). Ведь если дети входят в Царствие Божие без Крещения, то и нам нужно, по протестантской логике, так же входить, как дети, т.е. без крещения. Христос имел в виду здесь, что таковых, т.е., доверчивых, простых, незлобивых, прощающих, признающих свою зависимость от других, как дети, есть Царствие Небесное, а не то, что ребенку не нужно креститься. По этой логике, если человека изгнали за правду, то ему тоже не нужно креститься, ибо сказано, что и таковых есть Царствие Небесное (Мф. 5:10). Христос говорил: "Не препятствуйте детям приходить ко Мне" (Мф. 19:14). Детям тоже нужен Христос жизнь в Его теле, в Церкви, и если вход в Церковь через крещение - почему же мы препятствуем детям приходить ко Христу? По-нашему, ребенок без личной веры не может креститься, а значит, и в Церковь войти, и баптисты это так и признают часто "Мы положительно утверждаем, что младенцы наши без крещения, ни вообще чьи бы то ни были с крещением в Церковь Христову без покаяния и личной веры не попадали и вовек не попадут" ("Баптист, 1912, № 2, с. 17), а в одном стихе, напечатанном в газете "Протестант" eсть слова: "Покайтесь, дети, или вы погибнете" (Цит. по А.Кураев "Протестантам о Православии", с. 72). Мы ничем не можем помочь нашему ребенку, он должен только сам вырасти, лично уверовать и покаяться, и только тогда он может войти в Церковь, а не успел - так не успел. Здесь хочется заметить, что читая постоянно Книгу книг и зная наизусть подчас сотни стихов, протестанты часто не понимают смысла самых важных библейских понятий, в частности, что есть вера и покаяние. Они считают, что ребенок не может веровать, но Христос так не считает. В Мф. 18:6 Христос говорит о малом ребенке, верующем в Него, а в Мф. 18:10 Он говорит о том, что "...Ангелы их на небесах всегда видят лице Отца Моего Небесного". Т.е., здесь говорится о том, что ребенок еще свят и чист, а может ли святой быть неверующим? Ведь вера - это не набор сознательных убеждений, а богообщение, открытость души к Богу, и она может быть и бессознательной. Ведь бесы имеют намного более обширные, точные и сознательные убеждения о Боге и всех доктринах, чем мы, но они совершенно неверующие в том смысле, что совершенно закрыты для Бога. Богослов также может иметь очень правильную веру, но быть совершенно закрытым в сердце для Бога. И, наоборот, вера может быть истинной и при отсутствии сознательных правильных убеждений, о чем Христос и говорит в Мф. 25:34-41. Дети же все имеют веру во Христа, веру бессознательную, т.к. они открыты для Бога, для всего доброго. Душа у человека по природе христианка, и ребенок не успел еще запятнать ее личными грехами и закрыть тем свою душу Богу.

Протестанты утверждают также, что ребенок не может покаяться, чтобы можно было его крестить. Но и здесь они ошибаются. Покаяние - есть обращение от греха, возвращение к Богу, а дети не успели еще отвернуться, уйти от Бога. Они не успели еще повернуться ко греху, чтобы нужно было от него обращаться (каяться). Дети пребывают в смирении, кротости, духовной нищете, чистоте сердца; они незлобивы, незлопамятны, любящие, быстро прощающие и т.д., а все это есть плоды истинного покаяния, которых с таким трудом нужно добиваться взрослому. Т.е., ребенок пребывает в состоянии покаяния (отвращения от греха), и это есть лучшее время, чтобы его крестить. В Мр. 16:16 сказано, что кто не будет веровать, тот будет осужден. Неужели дети за то только будут осуждены, что не способны иметь сознательных убеждений? Мы, например, когда спим, находимся в бессознательном или почти в сознательном состоянии, но мы же не перестаем на время сна быть верующими? Мы, уверен, полагаем, что остаемся верующими во сне. Так и ребенок, хотя и пребывает в состоянии бессознательном (хотя его сознание постоянно увеличивается и трудно указать год и день, когда ребенок становится сознательным), но это еще не значит, что он не может быть верующим.
Еще одно рассуждение. Нужно понимать, что в каждом Таинстве низводится благодать Святого Духа, т.е., Сам Дух Святой. Мы понимаем, что для спасения нужно иметь Духа Святого, ибо "кто Духа Христова не имеет, тот и не Его" (Рим. 8:9). По-нашему, Дух Святой дается тому, кто лично покаялся и уверовал. Ребенку, естественно, Он не может быть дан, т.к. он, как мы по дьявольскому научению считаем, веровать не может. По-библейски - не так. Иоанн Креститель исполнился Духом даже не в детстве, но и еще до рождения, в утробе матери (Лк. 1:15; см. также Иер. 1:5; Гал. 1:15; Суд. 13:5). В Иоил. 2:28 пророчески говориться о новозаветном времени: "И будет после этого, излию от Духа Моего всякую плоть...". Здесь не делается никаких исключений, что только на взрослых изольется Дух, а говорится, что на всякую плоть. К тому же, выше, в 2:16, сказано о тех, на кого будет Дух излит:"Соберите народ, созовите собрание, пригласите старцев, соберите отроков и грудных младенцев...". Т.е., по-библейски Дух может быть дан и младенцам. Ведь Дух Божий, Церковь - это жизнь, а чтобы жить - не обязательно сознавать то, что ты живешь. Чтобы дышать, не обязательно это сознавать. Ведь знать, что такое воздух - одно; дышать им - это нечто другое. Кто станет объяснять ребенку формулу и состав молока перед тем, как накормить его? Ведь есть он может, не сознавая и не понимая этого вовсе. Когда он вырастет, то будет все понимать и сознавать, мы мы ведь не станем ждать с его кормежкой до тех пор, пока он не вырастет. Организм ведь может существовать и бессознательно. Чтобы жить жизнью Христова Тела, дышать Духом Божиим, не обязательно сознавать это. Сознательность требуется по мере интеллектуального и духовного развития, и сознательность может зависеть от нас самих, от наших даров и нашей греховности. Она может то обостряться, то притупляться. Мы негласно установили, что сознательный возраст, когда можно крестить, это 16-18 лет, по государственному праву. Но где это в Библии установлено? Почему мы не взяли возраст 12 лет, что более по-библейски? Уверены ли мы даже в себе, что находимся в достаточной сознательности перед Богом? Вся моя духовная жизнь сейчас - это попытка проснуться, осознать всю реальность того духовного мира, в котором я нахожусь и тех будущих событий, которые вскоре грядут, как то пришествие антихриста и Христа, моя смерть, встреча с Богом и Ангелами, страшный суд и вечность. Кто из нас сознает это до конца или хотя бы на 10%?
Когда некоторым святым Бог показывал то ли рай, то ли ад, то их жизнь после того полностью изменялась именно потому, что они начинали сознавать все реальнее. Святитель Иоанн Златоуст просит Бога в молитве: "Господи, избави меня... забвения... и окамененного нечувствия" (Молитвослов, вечерние молитвы.). Бессознательность, нечувствие, бесстрашие перед Богом есть последствия нашей греховности, от которых нужно избавляться в течение всей жизни. В одном протестантском Университете на выпускном студенты поставили комическую сценку, в которой бесенок пытался искушать кого-то, но у него ничего не получалось, и все по очереди его утешали. Характерно, что большинство студентов смеялись.

Так вот, у меня серьезный вопрос: имеют ли эти взрослые миссионеры и богословы вообще хоть сколько-нибудь сознательности, что их крестили? Они ведь духовный мир принимают как бы в шутку. Думается мне, что трехлетний ребенок, который боится преступить волю мамы и взять недозволенную вещь даже тогда, когда ее рядом нет, имеет более богоугодной сознательности и страха Божия, чем эти богословы. Поступать сознательно - это равносильно библейскому выражению "ходить пред Богом" (см. Быт. 5:24; 6:9; 3 Цар. 3:6) или же жить в страхе Божием, т.е., сознавая, что за все Бог на суде спросит. Многие же взрослые протестанты, которых мы считаем вполне сознательными, живут, разговаривают, мыслят так, как будто они не сознают, что за каждое дело, слово и намерение Бог будет их судить. Малый же ребенок, напротив, может иметь страх Божий и бояться грешить. Я знаю одного ребенка, которого отец однажды наказал тем, что не пустил его гулять, а посадил сидеть на стуле. И хотя он точно знал, что папа находится далеко и никто его не видит - он, тем не менее, не смел встать и, плача, сидел на нем. Это была истинная сознательность и страх Божий. Поэтому становится уж крайне трудно определить, в каком возрасте человек достигает сознательности, и так ли уж дети не имеют богоугодной веры и сознательности? Протестанты же требуют достаточного интеллектуального уровня для того, чтобы можно было понять и рассказать главные доктрины. Мне известен один пожилой человек, развитие которого равняется развитию 5-ти летнего ребенка, хотя он не лишен вовсе ума, а способен и разговаривать, и понимать юмор, только как ребенок.
Так вот, неужели он не может ни креститься, ни получить Духа Святого, ни причаститься Тела Христова только потому, что его интеллектуальные способности малы для того, чтобы осознанно понять и рассказать главные доктрины? Неужели поэтому ему нет входа в Царствие Небесное? А если можно крестить и причащать его, то почему нельзя делать этого детям такого же интеллектуального развития? Мы любим говорить, что Церковь - это не организация, а организм. В организацию человек может войти только взрослый, который сознательно понимает видение, цели и методы данной организации. Ребенок, естественно, в силу того, что на такое не способен, не может войти в нее. Так и у нас: чтобы стать членом нашей церкви, человек должен сознательно согласиться с нашим учением, доктринами, пройти испытание и пр. Как бы мы ни говорили, что мы организм, похожи мы все же больше на организацию.
В Церковь же, в жизнь Тела Христова, может войти и ребенок, который еще и не понимает ни того, что есть Церковь (а разве кто-то из нас понимает это до конца?), ни того, кто есть Дух Святой, ни учения Церкви. По мере своего возрастания он все больше будет все понимать и сознавать.

Говоря о крещении, особенно же о детокрещении, нельзя o6oйти вниманием важный уже приводимый отрывок Писания, где Христос, обращаясь к Своим ученикам, говорит: "...Итак, идите научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына, и Святого Духа, уча их соблюдать все, что Я повелел вам..." (Мф. 28:18-20). Протестанты часто приводят это место в доказательство того, что крестить детей нельзя, т.к. здесь сказано, что нужно прежде научите, а как можно научить малое дитя, тем более, новорожденного? Что бы ответить на этот вопрос нужно прежде всего понять смысл слова "научите". Этим словом переведен греческий глагол "матетеуcaтe", который является производным и однокоренным слова "матетес", что значит ученик. "Матетеусате" буквально означает делать (приобретать) учеников. Во втором же случае слово "уча" - это греческое "дидаско", которое имеет смысл передачи информации, но это нужно делать уже после крещения. Как же тогда нужно приобретать учеников?
Давайте посмотрим на то, как сам Христос это делал. Он просто обращался к человеку: "Следуй за Мной" (Мф. 9:9; Мр. 8:34; Лк. 9:59; 18:22; 19:21). После этого некоторые, например, Матфей, следовали за Ним, а другие, как богатый юноша, уходили от Него. Подумаем сейчас о Матфее. Как только он встал со своего места и пошел за Христом - он стал Его учеником. Но что он знал через минуту после своего отзыва? Практически ничего, но он, тем не менее, был уже Христовым учеником. Процесс же обучения последовал вслед за приобретением Матфея как ученика. Можно взять в пример также общеобразовательную школу. Ребенок приходит в первый раз в первый класс. На него одели школьную форму, занесли его имя в журнал. Он уже ученик, хотя не знает, возможно, ни одной буквы и цифры. Но для того, чтобы стать учеником, ему не нужно ничего знать. Ему нужно только согласие быть учеником, да и то, не его личное, а его родителей.
Также происходит и в Церкви. Если человек выражает свое согласие следовать за Христом, принять крещение (или если это желание выражают за ребенка его родители, как в примере со школой), то его обязательно нужно крестить. Процесс обучения начнется потом и будет продолжаться до самой смерти. Матфей знал о Христе только понаслышке, но этого было достаточно для того, чтобы пойти за Христом. И с самых первых месяцев жизни ребенок учится, воспринимает информацию: наше к нему отношение, тон голоса и прикосновения; музыку, пение хора и запах ладана в Церкви и т.д. Все это уже фиксируется им подсознательно, что доказано современной психологией, т.е., процесс обучения начинается сразу после рождения.

Кроме этих библейских и логических доказательств есть еще и конкретные свидетельства ранней Церкви о детокрещении. Ориген (185-254 г.) говорит: "Церковь получила от апостолов предание преподавать крещение и младенцам" (Цит. по А. Кураеву "Протестантам о Православии", с. 72).
И еще: "...младенцы крещаются во оставление грехов: т.к. через таинство Крещения очищаются скверны рождения, то крещаются и младенцы" (Цит. по "Православно-догматическому богословию", том II, с. 338).
Также на Карфагенском соборе в 252 г. было определено: "Не должно нам никого устранять от крещения и благодати Божией, о всем милосердного, благого и снисходительного. Если надобно держать по отношению ко всем, то особенно нужно соблюдать это по отношению к новорожденным младенцам, которые уже тем заслуживают преимущественно нашу помощь и милосердие Божие, что с самого начала своего рождения они своим плачем и слезами выражают одно моление" (Цит. по А. Кураеву "Протестантам о Православии", с. 77). Ведь это не было даже чем-то новым, что вдруг придумали епископы на соборе в 252 году. Они здесь изложили и узаконили лишь то, что совершалось в Церкви и раньше.
Кроме этого, Ипполит Римский в начале III-го века указывает: "...ко времени пения петуха епископ пусть молится сначала над водой. Облачитесь в одежды и в первую очереди крестите детей" (Цит. по А. Кураеву "Протестантам о Православии", с. 213).
Святой Киприан (200-258 г.) пишет: "Если и великим грешникам, которые прежде грешили против Бога, когда они уверуют, даруется отпущение грехов, и никому не возбраняется Крещение и благодать; тем более, не должно возбранять сего младенцу, который, едва родившись, ни в чем не согрешил, кроме того, что происшедши от плоти Адама, восприял заразу древней смерти через самое рождение..." (Цит. по "Православно-догматическому богословию", том II, с. 338), - и далее св. Киприан ссылается на постановление Карфагенского собора.
Блаженный Августин писал: "Это (крещение младенцев) Церковь всегда имела, всегда содержала; это приняла Она от веры предков; это соблюдает Она постоянно, даже до конца" (Цит. там же, с.339).
Подобные свидетельства мы находим в правилах апостольских, у св.Дионисия Ареопагита (I-й век!), Климента Александрийского, Исидора Пелусиота, Амвросия Златоуста и др. (См ссылки там же, с. 340). Т.е., мнение, что детокрещение было установлено уже после Константина, в IV-V-м веке, как предлагает Рогозин в своей, видимо, ему приснившейся хронологии, неосновательно. Вот здесь явные свидетельства, что детей крестили с самого начала, и это только те свидетельства, которые я нашел. Их есть больше.
Авторитетнейший протестантский богослов Эриксон, отвергающий детокрещение, признает, что детокрещение начало практиковаться не позже II века н.э. (M. Эриксон "Христианское богословие". - Петербург. "Библия для всех, 1999 г.,) Т.е., не позже II века, но возможно и раньше, просто свидетельств не сохранилось. Известно, что Ап. Иоанн умер около 100 г. н.э. Возможно ли допустить, что Церковь через считанные годы после смерти Апостола, в то время, когда были живы еще очень многие из апостольских учеников и свидетелей их жизни и проповеди, могла начать практиковать детокрещение, если бы его не совершали сами Апостолы? Но нужно ли больше доказательств, чтобы поверить и принять это учение? Как библейских, как исторических, как внешних свидетельств, так и внутренней логики понимания сути вещей вполне достаточно, чтобы принять это учение. К тому же, не все даже протестанты отвергают детокрещение. Лютер осудил анабаптистов за это и сам не стал перекрещиваться, и лютеране, как и многие другие протестанты, до сих пор крестят детей.
Вот еще как противятся протестанты истине о детокрещении. Они говорят, что многие из отцов Церкви, как те же Златоуст, Августин, Василий Великий, Киприан, не были крещены в детстве. Это доказывает то, как они мудрствуют, что эти отцы были ближе к Евангельскому учению и отрицали детокрещение. В этом аргументе есть прямое логическое несоответствие. Если, к примеру, автор данной книги не был крещен в детстве, но он сторонник и защитник детокрещения, то как о нем можно сказать, что он отрицает детокрещение? Все упомянутые отцы признавали и практиковали детокрещение. Почему они сами не были крещены - это нужно было бы спросить их родителей. Ответов здесь может быть много. Их родители могли быть неверующими, когда они были младенцами.
Известно также, что в то время было распространено мнение, что креститься нужно ближе к смерти, чтобы поменьше нагрешить после крещения. Поэтому не крестились многие не только в детстве, но и в молодости. Император Константин, например, крестился за несколько недель до смерти, хотя давно уже считал себя христианином. Судить, правильно ли они мыслили или нет, - это вопрос совсем другой. В любом случае, это только доказывает то, как свято раньше верили, что в крещении прощаются все грехи. Церковь такую практику не поддержала, т.к. это опасно и неправильно по сути. И упомянyтые отцы только одобряли детокрещение.

Итак, чтобы войти в Церковь, нужно креститься, а не только уверовать. Крещение, как и всякое Таинство, совершается в Церкви и Церковью, законными служителями.
Церковь - это организм, а жить организм может и бессознательно, а потому можно крестить и детей. Родители заключают завет с Богом за своего ребенка подобно тому, как в В.3. родители заключали завет с Богом за своих детей. В крещении Бог прощает человеку грехи и вводит человека в Свою жизнь, в Свое Тело, и без истинного Крещения нет прощения грехов, нет спасения.

Скачать книгу "Почему я не могу оставаться баптистом и вообще протестантом" (в формате .doc)]]> Admin Sat, 22 Nov 2008 16:34:07 +0100 http://antibaptism.ru/kreschenie/41-kreshhenie-detejj.html http://antibaptism.ru/kreschenie/41-kreshhenie-detejj.html

Крещение детей

Священник ВЯЧЕСЛАВ РУБСКИЙ


"От крещения и благодати Бога, ко всем милосердого, благого и снисходительного, никого не должно нам устранять. Сие надобно держать и соблюдать как по отношению ко всем, так особенно, полагаем, по отношению к новорождённым младенцам, которые заслуживают преимущественное наше участие и милосердие Божие".
Киприан Карфагенский.


Главным препятствием для крещения младенцев является то, что они не имеют сознательной веры. Крестить детей не нужно ещё и потому, что таковых есть Царствие Божие (Лк. 18,16). В-третьих, дети вполне освящаются своими родителями (1Кор. 7,14). Да и вообще: Спаситель не давал прямого повеления крестить детей!

Это сухой набор аргументов любой протестантской конфессии, обычно сопровождаемый обилием высокопарных фраз и чувств, увлекающих "чувственных" людей от трезвого подхода к делу. Но я полагаю, что главная причина удаления детей от купели крещения всё же одна - это то, что их родители - протестанты! Однако чтобы не остаться голословным, разберём учение протестантов по их главным пунктам.

Прежде всего, необходимо заметить, что в Библии нет ни малейшего упоминания о крещении младенцев. “Те сведения, которыми мы располагаем, не дают нам права утверждать ни того, что крещение детей совершалось в апостольское время, ни того, что оно не совершалось”.[1] Писание Нового Завета об этом решительно молчит.

Тем не менее, мы видим, что Господь Иисус Христос о важных предметах всегда высказывался ясно. Тот факт, что Господь не сделал акцента на крещении младенцев может указывать лишь на неизменность положения младенцев в народе Божием. Поэтому затрагивать этот вопрос Спасителю не было никакой необходимости, как не было, например, нужды в обсуждении всемогущества или всеведения Божия. Что не изменялось, то не обсуждалось (ср. Мф. 5,21-48).

Итак, первый аргумент православных: Библия молчит о крещении детей. Во всех местах, где Писание говорит о крещении, речь идёт о крещении взрослых. Но на это же указывают и протестанты, причём делают из этого совершенно противоположный вывод. “Нет ни одного учённого, - читаем в “основных принципах веры ЕХБ”, - который утверждал бы, что Священное Писание предписывает детское крещение. Писания совершенно умалчивают об этом. Однако и из этого молчания делались известные выводы”.[2] “В Новом Завете не содержится каких-либо указаний на крещение младенцев. Однако он и не запрещает подобную практику”.[3]- Считает Алистер Маграт. С этим нельзя не согласиться. Сам этот факт очевиден, но Писание из него не делает ни положительных, ни отрицательных следствий. Главное - какой вывод из этого молчания сделаем мы. Протестанты на этом основании выводят заключение о недопустимости детского крещения. Однако этот вывод делается вопреки следующим важным положениям.

Во-первых, как уже упоминалось выше, Библия не сумма теологий и не сборник повелений и указаний по всем вопросам на все случаи жизни. Она равно молчит и о молитве за стариков и детей. В ней нет повелений поклоняться ковчегу, писать Евангелие, печатать брошюрки и т.п. "Мы не встречаем случая детокрещения ни в одной книге Священного Писания".[4] Похоже, это обстоятельство смущает баптистов. Но разве встречали они в Писании случаи распространения цветных комиксов о Христе, учреждение огласительных курсов и т.п.? Встречались ли случаи водружения креста над молитвенными домами? “Свидетели Иеговы” с тем же пафосом отрицают троичность Бога, верно подмечая, что и слова "Троица" в Библии нет. "Спроси себя, - пишут они, - возможно ли, чтобы Библия только намекала бы на главное в своем учении: о том, кто такой Бог? Библия, столь определенно трактующая основные догматы христианского учения, умалчивает о самом главном? Неужели Создатель вселенной не мог оставить книгу, которая свидетельствовала бы о главенстве Троицы?"[5] Как видим, логическая схема “свидетелей Иеговы” ничем не отличается от протестантской. И если подобного рода аргументы не смущают баптистов, то их возмущение отсутствием описания детокрещения является неоправданным.

Во-вторых, общепротестантский принцип “Только Писание” не позволяет протестовать против того, против чего не протестует само Писание. Так считают сами баптисты, говоря торжественно и верно: “Мы отвергаем в самой критической форме всё то, после чего нельзя сказать: “так говорит Господь”.[6] И для баптистов важно то условие, чтобы Господь “так говорил” на строке Писания. Но, разве есть в Библии нечто подобное: “так говорит Господь: детей крестить нельзя”?

В-третьих, при отсутствии нового указания положение остаётся прежним. Например, запрет “Левита” на кровосмешение в Новом Завете не повторялся. Тем не менее, ап. Павел даже судит христиан за то, чего (в посланиях) не запрещал (1Кор. 5,1-2). Положение Ветхого Завета о кровосмешении в Новом Завете остаётся без изменения. В Новом Завете все изменяемые моменты из Завета Ветхого всегда рассматривались вплоть до мелочей, которые нам сейчас кажутся вполне очевидным и самими собою разумеющимися (значение обрезания в христианстве, вкушение крови для язычников, иудейское разделение пищи, исполнение предписаний закона и даже соблюдение дней, праздников, постов и т.д. см. Гал. 2,16-21; 3,10;23-25; 4,4-5; 5,2-6; Деян. 13,39; 15,10; Рим. 2,25-29; 10,4; 8,2-4 и др). Ветхозаветное представление о вступлении в Завет (т.е. Церковь) предполагало участие всей семьи без исключений. На этом фоне отсутствие оговорки со стороны апостолов правильнее будет расценивать как указание на неизменность условий вхождения в Завет относительно каких-либо возрастных ограничений.

“Писание нигде не учит нас тому, что надлежит крестить младенцев. Более, крещению младенцев следует предпочитать посвящение ребёнка родителями Господу”[7] - пишет Г.К. Тиссен, в двух предложениях умещая два различных подхода к соотношению Писания и догмы. Крещение младенцев отрицается потому что “Писание нигде не учит нас тому”, и тут же рекомендуется посвящение родителями ребёнка Господу, хотя в Новом Завете об этом также нет ни слова! Кроме того, посвящение ребёнка Господу должно быть специфичным, как сам ребёнок в очах Божиих. Оно не может быть приравнено к посвящению даров огорода или предметов быта. Крещение в этом случае и есть наилучший образ посвящения ребёнка родителями Господу.

"О крещении детей в первоапостольской Церкви нигде нет ни малейшего упоминания… исследуя Церковную историю, мы находим, что первым, кто упоминает о крещении детей, был епископ Лионский Ириней (около 200г. по Р.Х.)"[8] – говорят баптисты. На это следует заметить, что сама методика такого "исследования Церковной истории" (началом практики считать первое упоминание о ней), является неверной и влечёт за собой массу абсурдных изысканий. Например, о крещении старцев впервые упоминает тот же Ириней, причём в той же цитате. Так неужели исходя из этого, возрастной ценз крещения надлежит установить не только не раньше паспорта, но и не позже пенсии? Во-вторых, характер свидетельств отцов и учителей Церкви III и IV века не новаторский, а исторический.

Так, Ориген говорит о крещении младенцев не как о частном богословском мнении или новшестве, а как об апостольском Предании: "Церковь приняла Предание от апостолов преподавать крещение и младенцам".[9]

Отрицание крещения младенцев в первом веке не было положением “самим собою разумеющимся” ибо имеются свидетельства II-III вв. о крещении младенцев как об исконном. Неразумно было бы предполагать, что безо всяких споров и прений во втором веке самим собою разумеющимся стало то, что в первом по этому же принципу отрицалось.

В-четвёртых, невозможно отрицать крещение младенцев на основании того, что предписано для крещения взрослому. Аналог: если сказано народу: “переходя реку, пойте “Аллилуйя!””, то это никак не может означать, что младенцы должны остаться на берегу потому, что ни переходить реку, ни тем более петь “Аллилуйя!” они не могут. Заповедь, данная взрослым не должна быть судьёй младенцев. Все Израильтяне переходили по суше, пока весь народ не перешёл через Иордан (Нав. 3,17). Апостол Павел повелевает: Итак, едите ли, пьёте ли, или иное что делаете, всё делайте в славу Божию (1Кор. 10,31). Заповедь для всех, заповедь свята и разумна, но нелепо было бы на этом основании запрещать младенцам “есть, пить или иное что делать” до тех пор пока они не смогут делать это в славу Божию.

Слова Спасителя о вере и покаянии не стоит относить к детям равно со взрослыми ещё и потому, что эта фраза имеет свое продолжение: кто будет веровать и креститься, спасён будет, а кто не будет веровать, осуждён будет (Мк. 16,16). Эти слова Христа могут быть относимы только ко взрослым людям, которые, конечно, прежде принятия крещения должны были уверовать, так как их неверие сделало бы их неспособными к восприятию благодати Божией. Неверие не как отсутствие положительного действия души (веры), а как наличие отрицательного. Так, например, в случае с Петром, неверие которого сделало его неспособным к хождению по водам посредством благодати Божией. Не просто, лишившись веры, он стал тонуть, а обретя сомнение (Мф. 14,30). Младенцы же, не имея веры, не имеют и неверия. Поэтому их нельзя считать неспособными к принятию благодати лишь по причине отсутствия у них веры.

Если же мы отнесём требования Христа (Мф. 28,19) и ко взрослым и к детям (как это делают протестанты), то эта палка о двух концах очень больно ударит по малышам. Получится, что все они осуждены. Кто не будет веровать, осуждён будет (Мк. 16,16). Неверующий уже осуждён потому, что не уверовал во имя Единородного Сына Божия (Ин. 3,18). Верующий в Сына (взрослый) имеет жизнь вечную, а не верующий в Сына (ребёнок?!) не увидит жизни, но гнев Божий пребывает на нём (Ин. 3,36). Абсурд? Значит, речь тут не о детях, и ссылаться на повеление Спасителя: учить и крестить взрослых как на аргумент против крещения детей весьма недальновидно.

Христиан спасает не учение, а благодать Божия. Поэтому независимо от осознания ребенок нуждается в единении со Христом. Учение же призвано приспособить душу к восприятию этой благодати, указать сердцу путь его очищения, помочь соделать душу по-детски восприимчивой. Оттого, что младенец не понимает учения, он ведь не избавляется от прародительского повреждения. Ребенок, будучи чист, естеством стремится ко Христу. Только злая воля человека отклоняет его от Источника жизни. Следовательно, чтобы отказывать малышам в крещении, надо быть уверенным в том, что их злая воля противится общению с Богом, не желает пребывать в народе Божием. Подобная мысль неприемлема с любой точки зрения.

Баптисты достаточно оригинально проводят логику своего отрицания: "Было бы ошибкой допустить, что к этому именно времени (II-III век) учение о крещении детей вылилось в форму догмата. Напротив, ещё в IV веке крещение взрослых было обычным церковным правилом".[10] Странное противопоставление! Для православных и сейчас крещение взрослых - "обычное церковное правило"! Да и как может крещение взрослых отменять крещение детей? Церковь и доныне крестит взрослых, но это ведь никак не означает, что крещение детей у нас ещё не "вылилось в форму догмата"!

Протестанты часто делают одну и ту же ошибку: к вопросу о крещении детей они приводят положительные свидетельства ранних христиан о крещении взрослых. Но сколько бы ни было свидетельств ранних и поздних отцов о важности сознательного вступления в Завет, они никак не могут быть относимы к вопросу о крещении младенцев. Такие высказывания имеются как у тех, кто высказывался одобрительно о крещении детей, так и у тех, кто об этом не писал. И в нынешнем XXI веке мы продолжаем утверждать всё то же, что говорила Церковь о крещении взрослых на протяжении всей своей истории. (Вот, например, тезис современного православного катехизиса: “Спасительное действие таинства зависит от нравственного состояния человека. От него требуется вера, сознание важности таинства и искреннее желание и готовность принять его. Если этого нет, принятие таинства служит к осуждению человека”[11]).

Цель обрядовой стороны таинства крещения – “напоение Святым Духом” (1Кор. 12,13). Ап. Пётр: покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов; и получите дар Святаго Духа (Деян. 2,38). Как видим, здесь дано чёткое разграничение: что является средством, а что - целью. Покаяние и вера – средства отторжения предрассудков, суеверий и греховных навыков. Последнее, в свою очередь – условие прощения грехов. Цель же всего перечисленного - причастие Святому Духу. У младенца нет неверия, предрассудков и личных грехов, посему эти средства для него не нужны. А способность воспринимать благодать Святого Духа у младенца есть, следовательно, нет причин лишать его цели и ценности таинства крещения – освящения Святого Духа.

Сэмюель Уолдрон делает акцент иначе: “(крещение) это обетование Святого Духа (стихи 38,33). Второй момент – определение тех, кому оно принадлежит. Это не безусловное, безоговорочное обетование, адресованное всем евреям, всем их детям и "всем дальним”. Это обетование условием которого является покаяние (стих 38). Поэтому крайне важно не оставлять без внимания вторую часть стиха 39. Обетование дано только тем людям, которые, будучи призваны Господом Богом нашим, покаялись и получили прощение”.[12] Но при таком взгляде совершенно не принимается во внимание то, что покаяние – изменение неверного состояния. У младенцев этого греха нет и потому, на библейских страницах мы видим детей, принимающих Духа и без покаяния (подробнее об этом ниже).

“Покаяться перед Богом, то есть осознать свои грехи, - пишет об этом же Иаков Козлов, - понять учение Евангелия, уверовать в то, что Иисус Христос есть Сын Божий, а затем принять водное крещение и присоединиться к поместной церкви может только взрослый человек”.[13] Это так, но покаяние, учение, вера необходимы взрослому только для того, чтобы открыть себя Богу, избавиться от предрассудков, гордости и т.д. Всё это младенцу не нужно. Он доступен действию божественной благодати так же, как если бы умер, то, конечно же, не поумнел бы и не покаялся, однако был бы причастен Царствию.

Баптисты считают что “крещение младенцев совершенно несовместимо с идеалом духовного христианства”.[14] Однако, если под “духовностью” подразумевать не рациональное познание христианских истин, а единение с Духом Божиим, то идеал духовного христианства скорее будет предполагать это духовное средство богопознания, чем отвергать его.

Ибо что делает детей способными к принятию спасительной благодати? Их недоразвитость или их чистота сердца? Безусловно, последнее! Христос говорит: таковых есть Царствие Божие и тут же добавляет – кто не примет Царствия Божия, как дитя, тот не войдёт в него (Мк. 10,14-15). Взрослому принимать благодать крещения должно с тем же чистым детским сердцем. Ибо Святой Дух премудрости удаляется от лукавства и уклонится от неразумных умствований (Прем. Сол. 1,5), а посему, только чистый сердцем, как дитя, способен благодатью крещения войти в Церковь, которую Господь, очистив банею водною, представил Себе славною Церковью... дабы она была свята и непорочна (Еф. 5,27). Если у баптистов дети по чистоте сердца находятся в Доме Божием и без крещения, то и взрослых по той же причине необходимо принимать в Церковь “как детей” т.е. без крещения. Об обязательности такого состояния души у взрослых для благодатного соединения с Богом Христос в другом месте говорит: Если не обратитесь и не будете как дети, не войдёте в Царство Небесное (Мф. 18,3). Таким образом, слова Христа: таковых есть Царствие Божие, понимаемые по-протестантски,[15] делают и крещение взрослых излишним.

Если же мы согласиться с протестантским выводом из данных слов Спасителя, то придём к ещё более абсурдным следствиям. Оказывается, достаточно человеку, сокрушаясь о грехах своих (что обязательно перед крещением - Деян. 2,38), осознать свою никчемность пред Богом, (иными словами: стать нищим духом), как ему уже и креститься не надо! Ведь Спаситель сказал: Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное (Мф. 5,3)! При этом крещение становится невозможным в принципе! Стоит оглашенному обрести евангельскую нищету духовную, без которой крещение во Христа невозможно (Деян. 19,18-19; 2,38), как тут же само крещение становится излишним, ибо их есть Царство Небесное! А о каком крещении могла идти речь в период жестоких гонений? Во времена, когда христиан гнали до смерти и уз? Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное (Мф. 5,10), - говорит Христос. Так что ж, и гонимые не нуждаются в крещении?

Баптисты не крестят детей потому, что те не могут веровать. И в то же время утверждают, что эти неверующие дети могут войти в Царствие Божие. Но ведь Церковь это и есть Царство Небесное на земле! Почему же те, кто и в Церковь войти не могут, в Царство Небесное, к которому она ведёт, войти оказываются способны?!

Для Православно верующих вполне очевидна натяжка протестантского богословия по вопросу отношения детей к Церкви. Нелогично предполагать, что до Христа младенец мог быть членом Завета Божия, а после пришествия Христа это вдруг оказалось невозможным.

Христос пришел спасти погибшее (Мф. 18,11). Послал Бог Сына Своего в мир... чтобы мир спасён был через Него (Ин. 3,17; Лк. 9,56). С каких пор мир не включает в себя детей? Святитель Ириней Лионский: "Христос пришёл спасти через Себя всех, - всех, разумею тех, которые возрождаются чрез Него для Бога: младенцев и детей, и отроков, и старцев".[16] А если Христос спасает и детей, то и им следует принадлежать к Новому Завету, к Святой Церкви. Ведь и Ветхий Завет был заключен не с Моисеем и Аароном, а со всем народом Израиля. Также и Спаситель не с апостолами заключил Новый Завет, а с новым народом Божиим (1Пет. 2,10). Вхождение в этот народ, по мнению православных осталось открытым и для младенцев.

Да, Господь любит всех людей, и младенцы евреев ничем не отличались от прочих, но для Господа Израиль был не простым народом, а народом Завета, народом Божиим. Обрезанные, не будучи особенными сами в себе, были особенны для Господа. Так говорит Господь, создавший тебя и образовавший тебя, помогающий тебе от утробы матерней: не бойся, раб Мой, Иаков, и возлюбленный [Израиль], которого Я избрал; ибо Я изолью воды на жаждущее и потоки на иссохшее; излию дух Мой на племя твое и благословение Моё на потомков твоих (Ис. 44,1-3); потому что Я сочетался с вами (Иер. 3,14). Я искупил тебя, назвал тебя по имени твоему; ты Мой... Так как ты дорог в очах Моих, многоценен, и Я возлюбил тебя, то отдам других людей за тебя, и народы за душу твою. Не бойся, ибо Я с тобою (Ис. 43,1-5). Ибо часть Господа народ Его, Иаков наследственный удел Его. Он нашёл его в пустыне, в степи печальной и дикой, ограждал его, смотрел за ним, хранил его, как зеницу ока Своего; как орёл вызывает гнездо свое, носится над птенцами своими, распростирает крылья свои, берет их и носит их на перьях своих, так Господь один водил его (Втор. 32,9-12). Так говорит Господь Саваоф... касающийся вас, касается зеницы ока Его (Зах. 2,8).

Итак, народ Божий Завета Ветхого был “многоценен” и “дорог” в очах Господних. И принадлежность к сему богоизбранному народу была не пустой формальностью, а простирала над ним покров Божественной заботы.

Ветхозаветное обрезание, по свидетельству ап. Павла, прообразовало крещение в Новом Завете. В Нём вы и обрезаны обрезанием нерукотворным, совлечением греховного тела плоти, обрезанием Христовым, быв погребены с Ним в крещении (Кол. 2,11). Чем же было обрезание в Ветхом Завете? Это не был личный договор с Богом отдельно каждого индивидуума. Это, как видим, было нечто большее - вступление в общенародный Завет с Богом. И вступить в Завет, это значит - получить покров Божий, жить с Творцом, находясь с Ним в над-интеллектуальном благодатном союзе.

Новый Завет приблизил человека к Богу, а не отдалил его. Поэтому, вступающий в Новый Завет, вступает под покров искупительной благодати Христовой, входит в народ спасаемых (1Кор. 1,18). В народ, пребывающий в надежде вечной жизни, которую обещал неизменный в слове Бог прежде вековых времён (Тит. 1,2).

Избранничество и обетования Ветхого Завета распространялись и на детей. Почему же в Завете Новом народ святый, люди, взятые в удел Божий (1Пет. 2,9), должны лишать своих детей тех обетований, о которых говорит ап. Петр: дарованы нам великие и драгоценные обетования, дабы вы через них соделались причастниками Божеского естества (2Пет. 1,4). Почему новозаветные дети не должны быть составляющими одно тело и сопричастниками обетования Его во Христе Иисусе (Еф. 3,6)?

Примечательно то, что младенцы в ветхозаветное время принимали знак обрезания без веры, однако этот обряд, как и таинство крещения в Н.З., был установлен ради веры и чрез веру. Именно на веру Авраама обращает внимание ап. Павел, говоря об обрезании: Знак обрезания он получил, как печать праведности через веру, которую имел в необрезании, так что он стал отцом всех верующих в необрезании, чтобы и им вменилась праведность (Рим. 4,11).

По поводу связи обрезания с крещением не все баптисты единогласны. Например, Алистер Мак-Грат признаёт, что "(ап.) Павел рассматривает крещение как духовный эквивалент обрезания (Кол. 2,11-12.), что указывает на возможность доведения параллели до его применения по отношению к младенцам".[17] Павел Рогозин возражает: "Крещение ни в коем случае не является "новозаветным обрезанием", иначе младенцам и взрослым женского пола не надо было креститься вообще, как не надо им было обрезываться в Ветхом Завете".[18]

Во-первых, крещение отнюдь не заменило собой ветхозаветное обрезание, а значит и не может рассматриваться как "новозаветное обрезание". Крещение включает в себя смысл и символику обрезания, само являясь гораздо глубже и значительнее. А посему упрёк баптистов: “Правильно ли ставить знак равенства между Ветхим Заветом и Новым Заветом, рассматривая обрезание и крещение?”[19] к православному богословию относиться не может.

Во-вторых, если так буквально разбирать все ветхозаветные прообразы, то окажется, что ни один из них не является действительным, ибо не соблюдён в точности. Так, указание Самого Спасителя на то, что вознесение медного змея является прообразом Его распятия (Ин. 3,14), по логике Рогозина "ни в коем случае не является" прообразом хотя бы потому, что змей-то был вознесён на шесте, а Спаситель на кресте. Другой прообраз, также известный нам со слов Спасителя: как Иона был во чреве кита три дня и три ночи, так и Сын Человеческий будет в сердце земли три дня и три ночи (Мф. 12,40). Тоже "ни в коем случае" не прообраз. Здесь Христос говорит о Своём схождении во ад, где Он и находящимся в темнице духам сойдя проповедал (1Пет. 3,19). А Иона, как известно, никому во чреве кита не проповедал, а сам находился в весьма плачевном состоянии (Ион. 2,3-8). Прообраз крестной Жертвы Сына Божия (жертвоприношение Авраамом сына своего Исаака), также не соблюдён точно. Гностики, буквально толкуя этот прообраз, утверждали, что как по промыслу Божию вместо Исаака принесён был в жертву овен, запутавшийся поблизости (Быт. 22,13), так и вместо Христа был распят Симон киринеянин, (Мф. 27,32), прообразованный овном.

Ветхий Завет - это путеводитель к Новому, Завет - детоводитель, Завет- учитель. Поэтому он заключался с мужским полом как хранителем веры (Притч. 1,8). Это был Завет Авраама, Исаака и Иакова, передаваемый от отца к сыну для подготовки к принятию Завета-спасителя, Завета-искупителя, в который, в силу его спасительности, должны войти все. Ибо Кровь Нового Завета была пролита за всех.

Выше уже говорилось о том, что Церковь благодатна Христом, а потому жизнь в Церкви - это жизнь в Боге, жизнь во Христе. А кто скажет, что дети чужды Христу? Кто станет утверждать, что они не способны к богообщению, не способны пребывать в доме Божием (Церкви)? Протестантская догматика, не вручая детей Христу, оставляет их вне народа Божия, а значит, и вне Церкви. А ведь в мире нейтралитета в отношении духовности быть не может. Есть только "тьма и свет, власть сатаны и Бог" (Деян. 26,18). Во всяком случае Библия не оставляет места для нейтральной полосы или чистилищного пространства. Кому как не протестантам надлежит помнить об этом. Кто не стремится соединить своих малышей с Господом, тот оставляет их "на милость" иных духов. И здесь (исходя из богословия баптистов) преимущество ветхозаветного Израиля в том, что в богоизбранный народ Божий с восьмидневного возраста вступали и дети, а народ новозаветный остался бездетным. Видимо оттого, что почему-то стал не в меру рационален.

Итак, вопрос о крещении младенцев по большому счету сводится к вопросу: нужен детям покров Христов или нет? Во Христе ли дети баптистов? Каким образом им сообщается благодать Христова?

О том, что дети баптистов находятся вне Церкви достаточно ясно пишут и сами баптистские богословы: “Во всём Новом Завете нет ни малейшего указания на то, что в течение всего апостольского периода в церковь принимались не достигшие сознательного возраста”.[20] Значит, не достигшие сознательного возраста дети первые свои 15-18 лет остаются не принятыми в Церковь.

“При действии Ветхого Завета дети были наследниками обетования по плоти, но в Новом Завете естественное рождение не делает их членами Царства Божьего. Они должны быть рождены свыше, от Духа”.[21] “Новый Завет в отличие от Ветхого не допускает членства детей в завете благодати”,[22] - поясняет Сэмюель Уолдрон. “Ребёнок не может быть членом Церкви до тех пор, пока мы твёрдо не убедимся, что он пережил духовное рождение”,[23] - отрезает Пол Р. Джексон. Каким же образом ребёнок (по мысли баптистов) находится в Церкви спасения, если “физическое, кровное родство не даёт членства в этом народе”,[24] а отсутствие необходимого багажа рациональных знаний для “духовного рождения” плотно преграждает путь духа человеческого к Духу Божественному?

Этот вопрос, наперекор всем догматам о неспособности детей к полноценному богообщению, решает любящее родительское сердце. И родители нецерковных детей поют:

"Уши детские святое слово могут слышать и его понять;

Ноги детские идти с Ним могут;

Очи могут весть Христа читать.

Речь детей прославить Бога может;

Дети могут Господа искать,

И найдя Его, Ему поверить,

И служа Ему, с Ним обитать".[25]

Милая песня. Только вот, почему баптисты предлагают своим детям "с Ним обитать" обязательно вне Его Церкви?

Младенцы, не имея личных грехов, однако, имеют в себе общую для всех поврежденность естества человеческого, которая наследуется от родителей. Кто родился чистым от нечистого? Ни один (Иов. 14,4; Пс. 50,7). Смерть перешла во всех человеков, потому что в нём (Адаме) все согрешили (Рим. 5,12). Баптистам эта мысль также понятна: "Грех - ужаснейшая болезнь! Болезнь наследственная: "в беззаконии зачат и во грехах родила мать", болезнь, обессиливающая до того, что мы не способны бываем ...ощущать тайну благодати, слышать голос Божий. Болезнь отвратительная, оскверняющая, заразная, мучительная и смертельная. Грех является болезнью неизлечимой, и только Христос может с нею справиться. Спаситель называет Себя врачом, и кто, кроме Него, владеет божественным даром врачевания и спасения (Лк. 4,18)? Ко всякому "больному и недужному" Христос обращается с призывом: "Придите ко Мне! (Мф. 11,28)".[26] И так как дети тоже "больны и недужны", то и их Христос призывает, говоря: Пустите детей приходить ко Мне, и не препятствуйте им (Мк. 10,14). Им тоже нужно очищение от природной заражённости. Ориген: "Младенцы крещаются во оставление грехов... так как чрез таинство крещения очищаются скверны рождения, то крещаются и младенцы".[27]

Однако, относительно очищения от этой “ужасной болезни” у протестантов свой образ мысли: "До принятия (добровольного) решения, вина вменяется лишь условно. Поэтому нет и никакого осуждения до достижения человеком возраста, когда он становится ответственным за свои дела. Если ребёнок умирает до обретения способности принимать решения нравственного характера, остаётся лишь его невинность, и ребёнок этот также получит будущую жизнь с Господом".[28] Как видим, рассуждения ведутся в категориях права. Но, вменяется ли младенцу его смертельное заражение или, ввиду его рецидивной формы, "вменяется лишь условно" - в равной степени не имеет отношения к самой болезни. Даже самые изысканные рассуждения по этому поводу не могут привести к её исцелению. "Первородный грех не вменяется нам в вину окончательно до тех пор, пока мы не совершим свой собственный грех, утвердив тем самым грех Адама, – поясняет М. Эриксон. - Мы становимся ответственными и виновными, когда принимаем или одобряем свою испорченную природу… и если мы молчаливо одобряем эту испорченность, мы одобряем также и совершённое так давно действие в Едемском саду или соучаствуем в нём. Мы становимся виновными в этом грехе, даже не совершив своего собственного греха".[29] Вот уж вопрос действительно неразрешимый: о чём молчат младенцы? Одобряют ли они молчаливо свою испорченную природу, "даже не совершив своего собственного греха", или же они молчаливо взывают о единении с Богочеловеком Христом, Который имеет в Себе живительное здравие их больной природы? На каком году жизни в ребёнке зарождается одобрение совершённого действия в Едемском саду? Неужели нам необходимо ждать "до тех пор, пока мы не совершим свой собственный грех", чтобы приступить ко Христу-Спасителю?

"Что с человеком ни делай, а он упорно ползёт на кладбище" – говорил М. Жванецкий. Независимо от того вменяется это ему в вину, не вменяется или "вменяется не окончательно". Младенцы больны этой же болезнью.

Для ещё более ясного описания необходимости очищения от заразы прародительской опять приведу слова П.И. Рогозина о грехе: "Все мы - духовно прокажённые. Осквернённые проказой греха, мы лишены права приближаться к Богу, но вот явился Врач, "ранами Которого мы исцелились" и получили свободный доступ к Отцу, к Престолу благодати. Христос, очищающий нас Голгофской Кровью, Он говорит: Придите ко Мне ... и приходящего ко Мне Я не изгоню вон".[30] Как красноречиво и искренне изображено состояние человека пред Богом и Его безмерное милосердие! Но опять же: почему дети не "получили доступа к Престолу благодати"? Неужели Спаситель всё-таки изгонит их вон? Юридическая формула "мы лишены права приближаться к Богу" неверна. Не в правах дело. Если перевести её на православный язык: "мы (духовно прокаженные) стали не способны спасаться в Боге". И чтобы обрести эту способность, всем необходимо очищение от этой проказы в "бане возрождения и обновления Святым Духом" (Тит. 3,5). Именно поэтому Спаситель так однозначно сказал: Если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие (Ин. 3,5).

Если Христос пришёл избавить человека не от гнева Отца, а от повреждения его природы, то Он не меценат, оплачивающий чужие счета, а Врач. Следовательно, всё, что Он прописывает нам необходимо рассматривать не как юридические условия, а как средства исцеления, т.е. лекарства. Итак, Спаситель сказал: Идите и научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их соблюдать всё, что Я повелел вам (Мф. 28,19). Баптисты отсюда делают однозначный вывод: так как младенцев невозможно научить, то и крестить их не нужно! Логично ли? – да! Но верно ли? Чему правильнее было бы уподобить служение апостолов? Пророки Ветхого Завета видели единственно свою задачу в том, чтобы напомнить учение Бога, дать верную информацию. Служение апостолов и Церкви богаче, а потому спасительнее. Церковь это не только слова и постановления. Учение здесь служит наукой соединения человека с Богом. Посему для выражения апостольского служения наиболее точным будет аналог медицинский, нежели юридический.

Представьте себе врача, приказывающего медперсоналу: "Идите в тубдиспансер и раздайте всем новые таблетки от туберкулеза, уча их соблюдать все предписания по профилактике и дальнейшему предотвращению этой болезни!" И побежали медбратья, и каждому давали, и объясняли, и те исцелялись. А детей так и оставили больными, ведь сказано: "уча соблюдать", а детей-то чему научишь? Вот когда вырастут (если доживут до паспорта), им всё расскажут и покажут... и т.д. Да, младенец не знает, что такое воздух, но разумно ли будет лишить его дыхания? Он не знает христианского богословия, но чужд ли он Христу?

Спасение возможно только в Церкви ибо в ней есть здравие для человека. Но в Церкви ли некрещёные: Авраам, Исаак и прочие? Безусловно (см. Мф. 8,11). Вошли ли в Церковь "язычники, не имевшие закона, но по природе законное делавшие"? (Рим. 2,14) Ответ тот же. Значит, есть и иной путь в Церковь – дохристианский. Им и ныне спасение возможно и для тех, для которых благовестие Нового Завета по объективным причинам не может быть расслышано, но при этом культивирование низшего в себе не стало естественным. К этой категории, без сомнения, относятся и дети, ибо они неподсудны и во все времена одинаковы. Души праведных в руке Божией, и мучение не коснется их, - цитирует книгу Премудрости Соломона (3,1) свт. Иоанн Златоуст, и продолжает: “Если же души праведных в руке Божией, то и души детей, так как они не сделались ещё злыми”.[31]

Поэтому Православная Церковь по вопросу об их крещении мыслит не так категорично, как это представляют протестанты. В богословских высказываниях святых отцов (как и современных) необходимо отделять суждения пастырского характера от догматического. Это необходимо делать, прежде всего для того, чтобы оценить их значимость в той мере, в какой это делали сами отцы.

Например слова Св. Кирилла Иерусалимского: "Тот кто хотя бы добр был по делам, но не получил запечатления водою и Духом, не войдет в Царство Небесное"[32] неприложимы к тем, кто по объективным причинам не мог принять сего таинства. Неприложимы они и к детям, ибо те не могут отринуть Христа или заглушить в себе голос совести. Цитированные выше слова Христа (Ин. 3,5 см. также 6,53), в православном их толковании, тоже вовсе не обрекают детей на адские муки или безбожную вечность. Христос победил смерть. И все дети ветхозаветного периода (включая и языческих) спасены Им и без крещения! Христос пришёл не ради устроения новых трудностей на пути к спасению. Неужели Тот, Кто разрушением ада спас множество душ не принявших крещения, в Новом Завете некрещёных лишит спасения? Конечно - нет. Тогда чем же православные аргументируют необходимость крещения? Тем более детей?

Христианство – истинный путь единения с Богом. Для этого оно предлагает все возможные средства. Крещение есть одно из этих спасительных средств богопознания. Пренебрежение им есть пренебрежение животворящей благодатью Божией. Православные крестят детей, чтобы им легче было стать христианами. Условия духовного роста и степень блаженства в Боге и есть степень причастности Святому Духу. Поэтому в Царствии Небесном иная слава солнца, иная слава луны, иная звёзд. И звезда от звезды разнится в славе (1Кор. 15,41). По мнению святого Григория Богослова,[33] как крещёные, так и некрещёные младенцы наследуют Царствие Божие. Но, получившие начаток исцеления в христианском крещении, обретают теснейшее, в сравнении с некрещёными, единение с Богом. Словом Божиим нам не открыта участь некрещёных младенцев. И это неведение, опять же, скорее повод к крещению, чем к его отлагательству.

Но всё же, крещение, как взрослых, так и младенцев предназначено для дальнейшей жизни, а не на случай смерти. Причастие Церкви Христовой как Богочеловеческого организма это – средство исцеления, предложенное Христом (Рим. 3,25), поэтому оно применимо и до появления характерных болезненных проявлений повреждённой природы (личных грехов). Господь предлагает вернейший путь исцеления от первогреховности - вхождение в Церковь через крещение. Это путь христианский. Если этим путём решили идти родители и если они своих детей желают усыновлять Богу в лоне христианства, то отложение крещения никак не может быть безусловным. Крещение младенцев, в этом случае, вполне закономерно. Лучше, чтобы семя исцеления падшей природы было всеяно раньше нежели она начнёт резонировать низшие волевые импульсы её обладателя.

Говоря о месте детского крещения в православной догматике, нельзя не отметить, что Православная Церковь далека от буквальной Августиновской интерпретации Ин. 3,5 с его ужасными выводами ("некрещёные младенцы идут в ад!"). Крещению младенцев есть место в православном богословии, но это не означает его абсолютной обязательности. Неправильно думать, что дети подлежат крещению только по той причине, что они - дети. Для осуществления детского крещения необходимы те условия, о которых говорилось выше. Отсюда становится понятней, почему в практике первого тысячелетия совершенно спокойно сосуществовало как крещение младенцев, так и ожидание зрелости для его принятия. Вот, например, мнение Тертуллиана: "всякая просьба (о крещении) может обманывать и быть обманутой. Поэтому, учитывая особенности, характер и даже возраст каждой личности, полезнее помедлить с крещением, особенно маленьких детей. Зачем же, если в этом нет такой уж необходимости, подвергать опасности крёстных родителей, которые и сами могут не выполнить своих обещаний, будучи смертными, или могут быть обмануты проявлением дурных наклонностей своих восприемников?".[34] Как видим, это высказывание не несёт принципиального характера и не может быть рассматриваемо как догматическое. Зная темперамент Тертуллиана в опровержении ересей, нельзя не заметить его иное отношение к этому вопросу. Тертуллиан пишет о том, что в Церкви уже наличествует (крещение маленьких детей и восприемничество), и лишь высказывает по этому поводу своё мнение. При этом он тут же добавляет: "Не меньше причин отложить крещение и для безбрачных, подверженных ещё искушениям: и для взрослых девиц и для безмужних вдов, пока они или не вступят в брак, или не укрепятся в воздержании. Если бы осознали всю вескость крещения, то скорее опасались бы поспешности, чем промедления". Не правда ли частное суждение?! Баптисты же, почему-то, первые предложения цитируют как априорные, а следующие за ними – отвергают как частное богословское мнение Тертуллиана.

Неудивительны поэтому факты крещения: Иоанна Златоуста, Григория Богослова, Василия Великого, блаженного Августина, свт. Киприана Карфагенского, мч. Андрея Стратилата и др., уже в зрелом возрасте, тогда как все они с детства воспитывались в христианских семьях. Некоторые богословы ЕХБ на этом основании делают вывод, что крещение детей в IV веке не было учением Церкви.[35]

На это ответим: во-первых, будь их родители и они сами баптистами (разумеется, не по названию, а по учению), то непременно крестились бы в 16 -18 лет, как это принято у баптистов, а не в 30 (Василий Великий, блаж.Августин) и не в 45 (Киприан Карфагенский).

Во-вторых, причина такого позднего крещения данными отцами в том, что в IV веке наблюдалась тенденция откладывать крещение на более поздний срок для того, чтобы большая часть жизни (точнее её грехов) была омыта в водах крещения. И со смертью христианин мог бы предстать пред Господом менее запятнанными грехами, сотворенными после крещения. Из этих соображений в то время некоторые христиане стремились быть крещенным ближе к кончине жизни. Это ещё раз подтверждает, что для древнеапостольской Церкви крещение было не просто декларацией и присягой, а благодатным омытием грехов при вступлении в Завет с Богом. Например, Константин Великий, по свидетельству Евсевия, крестился перед самой смертью, тогда, как уже многие годы посвятил на служение Богу и распространение христианства. По этой же причине Григорий Богослов, например, "крещение кровью" считал "гораздо достоуважительнее": "Знаю и четвёртое крещение - крещение мученичеством и кровью, которым крестился и Сам Христос, которое гораздо достоуважительнее прочих, поскольку не оскверняется новыми нечистотами".[36] Конечно, крещение кровью заменяет водное не своей внешней формой (схожестью омовений), а тождеством внутреннего смысла и единством конечной цели.

В-третьих, творения самих отцов свидетельствуют о том, что они исповедывали крещение детей таким же правомочным как и крещение взрослых. Святитель Киприан Карфагенский пишет, что если даже уверовавшим грешникам "не возбраняется крещение и благодать, тем более не должно возбранять его младенцу, который, едва родившись, ни в чём не согрешил, кроме того, что произшедши от плоти Адама, восприял заразу древней смерти через самое рождение. И который тем удобнее приступает к принятию отпущения грехов, что ему отпускаются не собственные, а чужие грехи".[37]

Григорий Богослов: "У тебя есть младенец? - Не давай времени усилиться повреждению. Пусть освящён будет в младенчестве и с юных ногтей посвящен Духу. Ты боишься печати, по немощи естества, как малодушная и маловерная мать? Но Анна и до рождения обещала Самуила Богу, и по рождении вскоре посвятила и воспитала для священной ризы, не боясь человеческой немощи, но веруя в Бога".[38]

Блаженный Августин: "Это (крещение младенцев) Церковь всегда имела, всегда содержала. Это прияла она от веры предков, это соблюдает она постоянно даже до конца".[39]

Известно творение Василия Великого "Беседы, побудительные к крещению",[40] где он всячески убеждает христиан принимать таинство крещения, не откладывая, так как, по словам святителя, кроме омытия грехов, это "колесница на небо, предуготовление Царствия, дарование сыноположения".[41]

И, наконец, приведем отрывок из определения Карфагенского Собора (252г): "Не должно нам никого устранять от крещения и благодати Бога, о всем милосердного, благого и снисходительного. Если этого надо было держаться по отношению ко всем, то особенно, как мы думаем, нужно соблюдать это по отношению к новорожденным младенцам, которые уже тем заслуживают преимущественную нашу помощь и милосердие Божие, что с самого начала своего рождения они своим плачем и слезами выражают одно моление".[42] Пусть даже кому-то покажется эта аргументация несерьёзной, но факт соборного признания практики крещения младенцев в III веке не позволяет утверждение о том, что "лишь в VI веке, когда господствующее положение государственной церкви утвердилось - крещение младенцев стало явлением распространённым"[43] рассматривать как историческое.

Итак, очевидно наличие в Церкви двух практик, совершенно не противоречащих и не исключающих друг друга. Плюсы и минусы их также известны давно. Взрослое крещение как акт твёрдой решимости гораздо памятнее, таким образом, имея психологическое преимущество. Но, на поле всё же удобнее выращивать злаки, не дожидаясь появления сорняков. Также и болезнь лучше лечить с самых её истоков. И хотя, знание грязи на вкус отчасти является полезным для стремления души к чистоте Христовой, и для бывшего слепца, обретённое зрение конечно ценнее, но означает ли это неизбежный протест против изначальной прививки к Свету?

Ортодоксальный тезис прост: крещение благодатно и поэтому необходимо и детям. Чтобы его принять, необходимо обсудить два вопроса: 1) способны ли дети к восприятию Божественной благодати? 2) может ли эта благодать быть дарована неспособному верить по вере человека верующего? То есть, могут ли верующая мать и несмышлёный ребёнок рассматриваться как единодушные?

Чтобы ответить на первый вопрос, вспомним несколько эпизодов из Библии: Иисус вознегодовал и сказал им: пустите детей приходить ко Мне и не препятствуйте им... и, обняв их, возложил руки на них и благословил их (Мк. 10,14-16). Итак, если один вид благодати мог быть дан детям непосредственно, то почему же благодать крещения не может быть им преподана? Иоанн Креститель исполнился Духа Святого ещё от чрева матери своей (Лк. 1,15). О Иеремии: прежде, нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя, и прежде, нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя: пророком для народов поставил тебя (Иер. 1,5; Гал. 1,15). Они восприняли благодать преобразования души для служения Богу. Именно этого рода благодатное действие Святого Духа испрашивается для детей в крещении. Таким образом, видим, что и самые несмышленые дети способны принимать благодать Божию.

В силу этого обстоятельства по вере родителей Господь подавал исцеления их детям. Так Христос исцелил бесноватую дочь хананеянки по вере её матери. О, женщина, - сказал Он, - велика вера твоя, да будет тебе по желанию твоему (Мф. 15,28). У баптистов, которые так афишируют свою спасающую веру, последняя, очевидно, не настолько глубока, чтобы они могли ожидать, что по их вере их детям будет сообщена в крещении благодать Божия. Господь исцелил и бесноватого лунатика по вере его отца (Мк. 9,27). На этом примере наиболее явно выражено то, что именно вера отца, а не сына (не способного верить) сделала возможным исцеление (см.24 ст). Не стал Господь требовать веры и от дочери Иаира (Мк. 5,41), и от слуги сотника. И сказал Иисус сотнику: иди, и, как ты веровал, да будет тебе. И выздоровел слуга его в тот час (Мф. 8,13). Вот, четверо спускают с крыши расслабленного. Иисус, видя веру их, говорит расслабленному: чадо! Прощаются тебе грехи твои (Мк. 2,5). Вот как! И грехи прощаются по вере приносящих! Так веруют в Православной Церкви, принося детей к купели святого крещения. По вере их родителей и восприемников сообщается им благодать Божия. Думаю, и баптисты так могли бы верить, но догматика не позволяет.

“У нас принято, - от имени православного пишет В.Ф. Марцинковский, - чтобы за крещаемого ребёнка произносили обеты восприемники. Но это немыслимо ни в психологическом, ни в нравственном смысле, и на это нет никакого дозволения в Слове Божием, а наоборот этот обычай противоречит Слову Божию... немыслимо ручаться за чужое обращение в будущем”.[44] Неизвестно откуда Марцинковский с такой уверенность черпает свои доводы, но Слово Божие представляет нам немало примеров такого ручательства.

Хотя младенцы не могут быть наставлены в вере, но на страницах Библии взрослые давали обет Богу за своих несмышлёных детей и Господь принимал эти обещания. Так, Анна ещё до рождения Самуила дала обет, говоря: Господи, Всемогущий Боже, Саваоф! если Ты призришь на скорбь рабы Твоей... и дашь рабе Твоей дитя мужского пола, то я отдам его Господу в дар на все дни жизни его, и вина и сикера не будет он пить, и бритва не коснётся головы его (1Цар. 1,11). Последнее означает не то, что он просто будет небритым трезвенником. Это значит, что он всю жизнь будет назореем Божиим, что предполагает ещё большие обеты, нежели произнесённые (см. Числ. 6 гл). Если мать могла обещать за своего сына такое сугубое служение Богу в Ветхом Завете, и Бог принял его, то почему новозаветные родители не могут сделать то же самое по отношению к своим детям?

И даже не нужно обещать что-то сверх! Православные восприемники обещают Богу лишь то, что крещаемые будут наставлены в вере и благочестии, и будут принадлежать к спасительной Церкви Христовой. Восприемники призваны максимально ограничить круг духовных исканий крещаемого. Полагаясь на истинность Слова Божия, они исключают буддизм, шаманизм, оккультизм, протестантизм и т.д. и т.п. (имже несть числа) из рациона духовного питания в связи с их губительностью для души. И палитра религиозных путей новокрещёного сводится к православному пониманию духовной жизни. Иначе говоря, восприемники обязуются по возможности культивировать семя Христово в душе крещаемого и не дать тернию сделать крещение тщетным. Так, Анна ограничила выбор духовного пути Самуила до минимума ещё до его рождения и, таким образом, лишила его права выбора. Подобным же образом поступают все родители, решая за детей, что им есть, во что одеться и чему учиться, исходя из того, что они (родители) считают полезным для ребёнка. Вопрос ко взрослым: считаете ли вы свою церковь истинной? Действительно ли действие Святого Духа полезнее воздействий иных духов? Если на оба вопроса ответ положителен, то вновь повторю: “пустите детей приходить ко Христу и не препятствуйте им” (Мк. 10,14). Итак, даже протестантское понимание крещения как присяги и обещаний Богу не должна бы исключать детей из числа крещаемых!

К сему же можно отнести и уже ставший банальным аналог: детей ведут на прививки. Они или не осознают происходящего, или же явно противятся сему. Но взрослые-то понимают, что это необходимо, и потому все равно прививки делают. Малыш болеет. Он не понимает ни причины болезни, ни её следствия. Однако всё, что нужно для его спасения, родители делают и без его согласия и осознания. Также поступают и протестанты со своими детьми, стараясь всячески приобщить их к жизни церкви и ограничить влияние “мира сего”, с тем, чтобы, повзрослев, они вернее сделались христианами. Причём именно той церкви, которую они (родители) считают истинной. Православные папы, мамы, крёстные и бабушки преследуют ту же цель! А отличаются от протестантских только тем, что не ограничивают воздействие на ребёнка лишь своими человеческими усилиями, но, вводя их в тело Христово, посвящают и усыновляют Богу.

На предлагаемую практику Церкви св. Дионисий (IVв.) указывает как на апостольскую. "Божественным нашим наставникам изволися допускать к крещению и младенцев под тем священным условием, чтобы естественные родители дитяти поручали его кому-либо из верующих, который бы хорошо наставил его в предметах Божественных и потом заботился о дитяти как отец... Этого-то человека, когда он даёт обещание руководить отрока в благочестивой жизни, заставляет иерарх произносить отречения и священное исповедание".[45]

Если младенец сам не может войти в Церковь спасения, его туда надо занести на руках. Тем более что, по словам апостола Петра, крещение нас спасает по образу Ноева ковчега (1Пет. 3,21). Подумайте: а стоит ли детей кидать за борт?

Ангел, не спрашивая Самсона, наложил на него обеты (Суд. 13,14). То же самое и с Иоанном Крестителем, на которого также без его ведома были наложены обеты (Лк. 1,15).

Всё, с чем сравнивается крещение, неизменно включает в себя и детей: переход через Красное море: все прошли сквозь море, и все крестились в Моисея в облаке и в море, и все ели одну и ту же духовную пищу, и все пили одно и то же духовное питие (1Кор. 10,1-4). Погребение (Рим. 6,4), потоп (1Пет. 3,20-21), баня (Тит. 3,5). И хоть бы один разок апостолы обмолвились о том, что дети в обстоятельствах Нового Завета из этих прообразов исключены.

Весомым с правовой точки зрения является и такой вопрос к православным: почему вы крестите детей при недостойных восприемниках? Ведь таким образом вы почти сознательно умножаете число недостойных членов Церкви, (ибо крещение - вход в Церковь). “В большинстве случаев, восприемники и не сознают, что произносят и не веруют в значение этих слов и даже не стараются исполнить в будущем взятого на себя поручительства и соответствующего воспитания ребёнка”.[46]

Такого рода обвинения вырастают из ложного понятия о крещении. В отличие от католического понимания крещения, в Православной Церкви дети и взрослые крестятся для того, чтобы быть членами Церкви, частицами Тела Христова. Ничего не происходит автоматически. Крещёный (независимо от возраста) получает возможность стать православным христианином. Но он сохраняет за собой и равную возможность не быть им. Потенциально он - член Церкви. А степень реализации этой потенции зависит от него самого. Наличие детского крещения у взрослого атеиста вовсе не делает его православным, а лишь указывает на то, что он воспользовался свободой затоптать посаженное в нём семя Христа, заморозить Его перекваску, сделать себя засохшей веткой на древе Церкви, которая как плоть без Духа не пользует нимало (Ин. 6,63). Однако при покаянии он уже не нуждается во вторичной прививке к сему древу.

Вышеупомянутый вопрос возник на почве ложной католической предпосылки об автоматическом членстве в Церкви. Протестанты сами подхватили этот миф о том, что крещеный есть действительный член Церкви. И сами же предлагают с этим решительно бороться отменой детского крещения.

Что же касается недостойных восприемников, то даже и их недостаточная воцерковленность не может быть причиной отказа в крещении ими приносимых. В акте крещения, конечно, необходимо твёрдое решение, "обещание Богу", но это не есть крещение, а лишь его обстоятельство, которое необходимо для возделывания плодов крещения. Вся последующая жизнь призвана быть преображением души, начатки которого всеваются при крещении. Ростом и плодоношением того семени, которое воспринимает в себя младенец. Что же делать "домостроителю тайн Божиих" (1Кор. 4,1) при виде неумелых огородников, просящих посеять на их поле? На это указывает Писание: Вот, вышел сеятель сеять и когда он сеял, иное упало при дороге... иное упало на места каменистые, где немного было земли... иное упало в терние... иное упало на добрую землю и принесло плод (Мф. 13,3-8). Итак, сеятель заведомо знает, что лишь одно зерно из четырех посеянных им не будет тщетно. Однако это не вынуждает его бездействовать. Подобно и сему образу сеяния слова приступает священник к таинству крещения. Никто не даст ему стопроцентной гарантии в том, что семя Христова воскресения "взойдя, принесет плод сторичный" (Лк. 8,8). Но, как и евангельский сеятель, священник служит сему таинству с молитвой и верою, что хотя не все, но взойдут семена Христова преображения.

Конечно, сеяние на таких "полях", а вернее, при таких возделывателях - вынужденная практика. Ибо, каков земледелец, таково и возделывание (Ездр. 9,17). Крещение - не магия. Мы это понимаем и без напоминания протестантов. Необходимо единство духа, вера, решимость вводить младенца в спасительную жизнь во Христе. Неслучайно, поэтому, ап. Павел если и крестил младенцев, то только видя решимость их окружающих (целыми семействами Дн.16,15;33; 1Кор.1,16). Слабость православных огласительных курсов - это внешнее недомогание Церкви. Для православных это одна из наиболее заметных её ран. Странно, но протестанты умудряются нас в этом обвинять! Рассудите: при недомогании уместны ли упреки? По-христиански ли это?

....]]> Admin Wed, 19 Nov 2008 23:11:12 +0100 http://antibaptism.ru/kreschenie/40-kreshhenie.html http://antibaptism.ru/kreschenie/40-kreshhenie.html Крещение

Священник ВЯЧЕСЛАВ РУБСКИЙ


"Приступи ко крещению не так, как к воде простой,
но как к духовной благодати, с водою даруемой"
Кирилл Иерусалимский [1]

В основе разногласия в понимании крещения между православными и протестантами лежит глубинное расхождение в вопросе о спасении. [b]Протестанты акцентируют момент, в который уверовавший "принял Христа как личного Спасителя". Ему прощаются все грехи, и гарантируется Царство Божие. Православие понимает спасение как жизнь Бога внутри человека, исцеление плоти и духа благодатью Божией, обитающей в нас (Кол. 1,27). [/b]

С.В. Санников пишет: “Догматика Православной Церкви отождествляет крещение с возрождением, считая, что смерть для греха и возрождение от Духа Святого происходит с крещаемым независимо от его личной веры. Таким образом, утверждается, что при крещении (если таинство произведено правильно), обязательно происходит возрождение”.[2] Это неверное понимание таинства. Так учит догматика католической церкви. В Православии даже тем, кто никогда не читал творений Афанасия Великого, знакома его формула: “Бог спасает нас не без нас!”, а посему этот упрёк баптистского богослова, как это часто бывает, направлен не по адресу.

Путь в горний Иерусалим лежит через очищение и возрождение здесь на земле. Как видим, иногда протестанты смешивают два разных действия, часто называющихся одним и тем же словом – “возрождение”. В Православии тоже есть понятие о возрождении как обретении веры, покаяния, преданности и т.д. Но когда говорится о возрождении в таинстве крещения, разумеются более глубокие вещи. А именно: усыновление Богу через Иисуса Христа (Еф. 1,5). Первое возрождение открывает Спасителя, второе – соединяет с Ним. Возрождённый верою приходит к купели, чтобы возродить своё падшее естество к обновлённой жизни (Рим. 6,4), стать чадом Божиим. Об этих двух возрождениях души апостол Иоанн благовествует: А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими (Ин. 1,12). В крещении происходит поистине рождение нового человека. Нового не только по умонастроению, но и по характеру единения с Богом. Потому что вы... приняли Духа усыновления – напоминает ап. Павел “плотским” христианам. “Итак, никто не помышляй, что якобы крещение есть благодать оставления грехов только, каково было Иоанново крещение, но оно есть и благодать усыновления” - говорит св. Кирилл Иерусалимский.[3] Если же понимать “возрождение” лишь в первом его значении, то каким же образом человек может возродиться (т.е. заново родиться), ещё не будучи погребён в крещении (Рим. 6,4)?

Если протестант приходит к купели потому, что он уже со Христом, то православный крестится потому, что желает жить со Христом теснее. Протестант актом крещения свидетельствует о том, что здоров. Для православного крещение - это путь к исцелению, лекарство, необходимое для воссоздания первобытного единства с Богом.

Таинство святого крещения было установлено Самим Господом Иисусом Христом. Поэтому в этом погружении мы должны видеть нечто большее, нежели просто ещё одну форму для прежде бывшего содержания. Спаситель не стал бы устанавливать дополнительный обряд, в котором совершалось бы то, что было и раньше совершаемо и в другой форме или обряде. Значит, в таинстве крещения должна быть своя, так сказать, специфика. Оно должно отличаться от всего. В крещении должно иметь место то, чего в принципе не было и не могло быть ни в ветхозаветной религии Израиля, ни тем более у язычников. Крещение есть таинство Нового Завета Иисуса Христа. Следовательно, по сути своей оно определённо должно быть уникальным, как уникален Сам Совершитель Завета.

Этой неповторимой сущности крещения мы не находим в исповедании баптистов. Все их концепции сводятся к повторению того, что было возможным и продолжает быть возможным и без троекратного погружения в воду. Баптистское богословие различает в крещении главным образом три основных элемента: покаяние, обещание Богу, свидетельство о своей вере. Всё это, присутствует и в православном учении о крещении, но для нас это служебные моменты, необходимые для принятия особого дара. Главное же в крещении – тот дар Святого Духа, о котором говорит ап. Пётр (Деян. 2,38). Для протестантов условия принятия дара, подаваемого в крещении, культивируются в его смысл. Остальное отрицается. Таким образом, по православному мнению крещение у протестантов остаётся бездарным. Богу трудно преподать дар там, где его совсем не ждут. Итак, рассмотрим необходимые элементы крещения общие для христианских конфессий, но составляющие его суть в баптизме.

1) Покаяние. Но, оно должно быть у хотящего креститься ещё до крещения. Оно должно быть неотъемлемой частью духовной жизни и после крещения. Мы каемся ежедневно в самом серьёзном значении этого слова. Хотя бы поэтому покаяние не может составлять сути крещения.

2) Обещание Богу доброй совести и т.п. также имело место и в дохристианский период. И оно тоже естественно составляет часть повседневных молитв (например: вечерних). Сколько раз христианин оскорбляет Бога, столько же и кается и блюстись обещается. И хотя мы... в смерть Его крестились... мы погреблись с Ним крещением в смерть (Рим. 6,3-4). Но, я каждый день умираю (1Кор. 15,31) – свидетельствует о себе ап. Павел. А значит и эти важные моменты вовсе не уникальны или неповторимы, чтобы ради них устанавливать отдельное обрядовое действие.

3) Свидетельство о вере и спасённости обрядом погружения приемлемо лишь как прилагаемое, сопутствующее, а не как составляющее его суть. Кому свидетельствует, кого убеждает крещающийся в своей спасённости, вере и преданности? Если Бога, то Бог больше сердца нашего и знает всё (1Ин. 3,20). Зачем же Ему, как выражается Сауси, “пользоваться подтверждением действительности спасения”?[4] А если это свидетельство для людей, то неужели баптистов необходимо обрядным способом убеждать в том, что их брат принял Христа как личного Спасителя? Так да светит ваш свет перед людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного (Мф. 5,16; 1Пет. 2,12; Фил. 2,15). Если сама жизнь недостаточно уверяет братьев во Христе в искренности сердца, то обряд разве может о чём-то всерьёз свидетельствовать? Креститься и обещать нетрудно. Крестился и Симон волхв и кровосмесник, Диотреф и им подобные.

Предварительный вывод из вышесказанного: протестантское крещение лишено специфики. В нём и сами протестанты не видят ничего особенного. Далее мы в этом убедимся, читая их собственные утверждения.
Всё, что протестанты говорят о символике крещения, православные признают уж 2000 лет. Разница меж нами, как и в других случаях, пролегает в том, что они в крещении отрицают, а не в том, что они о нём утверждают.

Лучше всего ознакомиться с баптистским отношением к крещению со слов самих баптистов. Слово предоставляется наиболее авторитетным источникам: “Крещение символизирует покаяние и прощение грехов (Деян. 2,38; 22,16), - пишет Ч.Райри, - соединение со Христом (Рим. 6,1-10), начало пути ученика Христа (Мф. 28,19). Крещение знаменует начало христианской жизни (хотя само по себе оно не производит ни прощения грехов, ни всего другого, что перечислено выше)”.[5] Итак, крещение в понимании баптистов это богатство символов и абсолютное отсутствие существенной (действенной) части самого акта крещения. “Водное крещение и вечеря Господня... не являются таинствами, но установлениями. Они сами по себе не сообщают благодати. Они суть внешние символы”. Это сами баптисты называют своими основными принципами.[6]

Баптисты, видимо, стесняются называть обрядами те свои действия, которые они не считают таинствами. Потому крещение обрядом называют нечасто. Слово это они своими обличительными проповедями сделали неблагозвучным, посему, те таинства, которые превратились у них в обряды, они почему-то называют установлениями. Хотя установлено было Господом, прежде всего, не форма, чин или последование, а таинственное (т.е. непостижимое) содержание.

Понятнее станет их отношение к таинству крещения, если обратить внимание на то, как они именуют этот акт. Генри Кларенс Тиссен: “В Церкви существует два ритуала: крещение и Вечеря Господня. Эти ритуалы называются обрядами или таинством... Чтобы избежать мистицизма и сакраментализма, характеризующегося выражением “таинства” (сакрамент), лучше было бы пользоваться словом “обряд” для определения этих двух ритуалов Церкви”.[7] Магистр богословия М.В. Иванов о крещении и евхаристии говорит так: “(христианство) придерживалось двух обязательных церемониалов: Водного крещения и Вечери Господней”.[8]

“Нет более неосновательного обвинения, как утверждение, что баптисты держатся обрядности и таинств. Они как раз их отрицают”,[9] - заносчиво декларируют ЕХБ. На самом деле нет более неосновательного утверждения, чем то, что баптисты отрицают и обрядность и таинства. Действие Духа Божия (т.е. таинство), безусловно, ими отвергнуто, а обрядность осталась. Формы и действия как пустые сосуды остались одни без содержания.

“Бог по милости Своей может дать Свои дары людям, которые совершают символические действия; однако само по себе установление не несёт в себе силы”,[10] – объясняет Чарльз Райри. Да, само по себе установление, конечно же, не может иметь силы, ибо оно и не существует само по себе. Но если “символические действия” сопровождаются благоговейной молитвой о ниспослании Святого Духа, то и Бог, верный Своим обещаниям (Лк. 11,13; Ин.14,13; Мф. 7,11; 21,22; Мк. 11,24), по милости Своей подаёт Свои дары. Тогда форма становится содержательной, тогда “символические действия” становятся таинством. В противном случае, если не происходит последнего, и никто даже не просит и не ждёт дара от Бога, остаётся лишь пустая оболочка. Горше всего то, что с этим фактически соглашается (а иногда и решительно утверждает) протестантское богословие. Наверное, поэтому, по свидетельству Г.К. Тиссена, “в крещении... не наблюдается особых проявлений благодати”.[11]

Протестанты во святом крещении видят лишь образы да символы: "Крещение, по словам Священного Писания, является символом погребения греховной жизни", "крещение - прообраз омытия наших грехов", "наше публичное свидетельство пред людьми и перед Богом о том, что в смерти Христа мы нашли спасение".[12] “Крещение напоминает нам реальность нашего союза со Христом, так как мы соединены с Ним подобием Его смерти, погребения и воскресения”.[13] “Церемония крещения, несомненно, символизирует наше погребение и воскресение со Христом”.[14] “Крещение водою есть внешний знак совершившегося в душе ранее крещения Духом Святым”.[15] “Это открытое и публичное исповедание Христа Господом”.[16] “Оно есть торжественное обещание Богу доброй совести, а также видимый знак веры”.[17] “Крещение есть публичное исповедание Господа Иисуса Христа как личного Спасителя и торжественный акт добровольной отдачи самого себя на служение Богу”.[18] По-военному, парадно звучит исповедание “Основных принципов веры евангельских христиан-баптистов”. Но эта присяга целиком человеческое публичное мероприятие. Богу при этом торжественном параде баптисты отводят кафедру маршала, лишь одобрительно взирающего сверху. Нет Ему места в созидании самого торжества и святости крещения.

Апостол Павел в крещении видит одновременно и символ, и реальность, называя его банею возрождения и обновления Святым Духом (Тит. 3,5). Если признать, что в крещении действует Сам Бог (т.е. попросту согласиться со Св. Писанием), значит, это - таинство, т.е. человеческое действо, исполненное благодатью Божией. Апостол Павел вполне ясно исповедует крещение делом Святого Духа, а не просто человеческим, говоря: все мы одним Духом крестились в одно тело... и все напоены одним Духом (1Кор. 12,13). Ту же наполненность новозаветного крещения видел и Иоанн Креститель: Я крещу вас в воде в покаяние, но Идущий за мною… будет крестить вас Духом Святым (Мф. 3,11). Эту то реальность Духа Божия в крещении и отрицают протестантские богословы.

Протестанты предпочитают отождествлять человеческое произволение с новорождающим и очищающим действием Святого Духа. Но, человек верою приходит к купели, чтобы очиститься, а духовное рождение (т.е. крещение Ин.3,3) совершается свыше. И такими (грешниками) были некоторые из вас, - пишет ап. Павел коринфянам, - но омылись, но освятились, но оправдались именем Господа нашего Иисуса Христа и Духом Бога нашего (1Кор. 6,11). Апостол Варнава также мыслит совсем не по-протестантски: "Крещение подаётся во оставление грехов. Мы входим в воду, отягчёнными грехами и нечистотою, а выходим из воды плодоносящими в сердце страх и надежду".[19] Так же мыслит Климент Александрийский, который в таинстве крещения видит большее, нежели просто наше свидетельство о том, что с нами произошло накануне: "Будучи погружаемы (в воду), мы просвещаемся. Просвещаясь, усыновляемся Богу. Усыновляясь, становимся совершенными и через это бессмертными... равным образом называется это действие: благодатью, просвещением и купелью".[20]

У Чарльза Райри в параграфе “важное значение крещения”, состоящем из 6 пунктов, важность усматривается в следующем: “1) Иисус был крещён... 2) Ученики Иисуса крестили... 3) Он заповедал совершать крещение... 4) В апостольские времена все уверовавшие крестились... 5) ...крещение – символическое изображение богословских истин... 6) В послании к Евреям крещение перечисленно в числе других основополагающих принципов...”.[21] Таким образом, тема важности крещения превращается в обоснование того, что оно обязательно должно быть. Но чем же оно так важно, чтобы быть таким обязательным? Неужели тем, что оно символично? Но в Церкви весьма многое символично. Даже в протестантских общинах есть множество традиций, обрядов, жестов и прочих моментов “символически изображающих богословские истины”.

Видимо внутренне понимая, что во святом крещении всё же должна быть своего рода уникальность и важность, протестантские богословы тем не менее не находят в нём большей ценности, чем обрядовый символизм. “Христианское крещение – резюмирует своё изложение Ч.Райри, - символизирует принятие Благой Вести, соединение со Спасителем и вступление в Церковь. Вот каков глубокий смысл крещения; не понимая этого, мы духовно обкрадываем сами себя”.[22] Если богослов называет символический смысл глубиною, то более существенной глубины и значения в крещении, чем условного, символического баптисты не предполагают. Что ж, можно поздравить их с тем, что они, по крайней мере, прекрасно понимают символику крещения. С православной же точки зрения “духовно обкрадывает себя” тот, кто в Богом установленном, духовном таинстве видит лишь картинки, да изображения духовности.

Миллард Эриксон о значении крещения: “Оно имеет большое значение, ибо представляет собой знак союза верующего со Христом, и признание этого союза - дополнительный акт веры, ещё крепче цементирующий эту связь”.[23] Итак, “большое значение” крещения протестантское богословие видит, опять же, не в нём самом, а в том, что оно олицетворяет. Но, такое представление о крещении вовсе не выделяет его от прочих добрых дел или поступков, таких как: прощение обид, помощь ближним, проповедь, благочестие и т. п. Все они разве не “являют собой знак союза верующего со Христом”? и разве не утверждают (цементируют) христианина в добре?

Баптисты, у которых и название-то произошло от именования сего таинства, его необходимость, на наш взгляд, объясняют крайне бедно: “Креститься повелел Христос (Мф. 28,19–20). Поскольку этот обряд предписан Им, его следует принимать скорее, как предписание, а не как таинство. Сам по себе он не производит в человеке какого-то духовного изменения. Мы продолжаем совершать обряд крещения просто потому, что так повелел Христос, и потому, что он играет роль публичного свидетельства. Он подтверждает факт спасения человека для него самого и для окружающих”.[24] Подтверждает спасение для спасённого?! Человек, переживающий спасение, не нуждается в подтверждениях, тем более - искусственных (обрядных)! Это всё равно, что плывущий в волнах демонстративно шлепнет по воде, чтобы убедить себя и других, в том, что он плывёт на самом деле. А если спасённому действительно необходимо подтверждение спасения им переживаемого, то резонно поставить вопрос: а действительно ли он принял Христа в своё сердце?

“Итак, крещение – выражение веры, - заключает М. Эриксон после подробного рассмотрения этой темы, - и свидетельство единения человека со Христом в его смерти и воскресении, то есть его духовное обрезание – это публичная демонстрация верности Христу”.[25] Итак, что же, реально крещение необходимо лишь для публики? Это лишь для публики баптистские общины устраивают демонстрацию и показ (show) верности крещаемых Христу? Неужели смысл крещения осуществляется не в самой купели, а во вне – в сознании зрителей? “Крещение – мощное заявление. – Продолжает М.Эриксон, - Это провозглашение истинно совершённых Христом делах... Это символ, а не знак, ибо он наглядно выражает передаваемую истину. Между знаком и его соответствием нет внутренней связи. Например, зелёный сигнал светофора мы просто условно воспринимаем, как разрешение ехать дальше. А вот на пересечении с железной дорогой смысл находящегося там знака иной – это символ, он ясно показывает, что здесь шоссе пересекается с железнодорожными путями. Крещение это символ, а не знак, поскольку оно олицетворяет смерть и воскресение верующего со Христом”.[26] Так или иначе, смысл крещения остаётся сугубо внешним, прикладным. Знак на перекрёстке никак не влияет на пересечение дорог и не творит его. Он необходим лишь постольку, поскольку есть люди, которые об этом пересечении могут не знать. Он служит им. Знак лишь “наглядно выражает”, “ясно показывает” и “олицетворяет” факт которому сам отнюдь не способствует. Дороги пересекаются в любом случае, со знаком или без него. Он нужен для сторонних. Таким образом, вопрос о необходимости крещения для самого крещающегося остаётся открытым.

По мнению протестантов в крещении не происходит и не может происходить ничего существенного. Всё, что может быть спасительным для стремящегося к спасению, уже произошло до крещения, на долю которого осталась лишь символика.

Анания сказал Павлу (тогда ещё Савлу): Итак, что ты медлишь? встань, крестись и омой грехи твои, призвав имя Господа Иисуса (Деян. 22,16). Вероятно, на месте Савла, грамотный баптистский богослов ответил бы Анании, что нет необходимости после слова "крестись" добавлять "омой грехи твои", потому что "крестящийся актом крещения исповедует, что он чрез веру (уже!) вступил в тесное общение со Христом и получил от Него прощение грехов".[27] "Крещение является как бы подтверждением того, что дар спасения нами уже принят, что Голгофская жертва и Дух Святой уже совершили дело спасения в нашем сердце, что мы уже приняли дарованную нам жизнь во Христе и наслаждаемся ею".[28] Эти же слова можно было бы поставить в возражение и ап. Петру, который прощение грехов также неразрывно связывает с таинством крещения, говоря: Покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов и получите дар Святого Духа (Деян. 2,38). Пётр призывает креститься для прощения грехов, а не исповедовать, уже полученное прощение. Все вы во Христа крестившиеся во Христа облеклись (Гал. 3,27), а не наоборот!

Баптисты, исключив таинственность из таинств и богослужений, превратили свою религию в сплошной психотренинг. Если крещение – это только то, что я хочу засвидетельствовать пред Богом, если это лишь действие человека и в акте крещения отсутствует Сам Бог, то само крещение – не более, чем странный, чисто человеческий обряд, не имеющий в себе ни малейшего посыла Божественной благодати. При таком взгляде на крещение учение Христа о благодатной связи крещения и спасения выглядит странно и даже в какой-то мере жестоко. "Кто будет веровать и совершать такой-то обряд - будет спасён!" (Мк. 16,16). Есть над чем задуматься! Обязательность крещения очевидна (Ин. 3,5), и если оно безблагодатно, то апостолы ничем не лучше фарисеев, которых все привыкли обвинять в обрядоверии. Тогда таинство крещения превращается в пустую формальность, однако без которой почему-то, по словам Спасителя, никто не войдет в Царство Божие (Ин. 3,5). “Хотя крещение не спасает, - пишет Сэмюэль Уолдрон, - однако оно официально оформляет спасение в обряде или соглашении”.[29] В этом свете крещение уподобляется справке с места работы (службы, учёбы), без которой нас не пропишут в городе. Так получается для того, чтобы прописаться в Небесном Иерусалиме, необходимо иметь свое свидетельство, заверенное обрядом, без которого нам не поверят, что мы "уже приняли дарованную нам жизнь во Христе и наслаждаемся ею".[30]

Если же признать, что в крещении действует Бог, с чем нетрудно соглашаются здравомыслящие баптисты, то отсюда очевиднее становится ущербность протестантской концепции. Дело в том, что даже в том случае, когда баптисты признают действие Бога в таинстве крещения, то в их (обще-протестантском) понимании этого установления Ему всё равно там делать нечего!

Все протестанты со ссылкой на 1Пет.3, 21 сводят крещение к присяге на верность Богу и "обещанию Богу доброй совести". "Этот аргумент строится на неверном переводе Писания. С сожалением должен сказать,- замечает диакон Андрей Кураев, - что и синодальные переводчики в этом месте ошиблись. Ближе к оригиналу церковно-славянский перевод: крещение не обещание Богу доброй совести, а вопрошение у Бога совести благи. Здесь крещение оказывается не приношением, не обещанием, но просьбой... Может свв. Кирилл и Мефодий плохо понимали греческий?[31] Но вот природный грек и христианин ещё вполне ранних времен Григорий Богослов (IV век) подтверждает, что речь у ап. Петра идёт о даровании доброй совести в крещении.[32] Причём контекст богословия св. Григория вообще не допускает толкования крещения как обета. Со ссылкой на Екл.5,4 Григорий Богослов пишет: "Ничего не обещай Богу, даже и малости. Потому что все Божие прежде, нежели принято от тебя".[33]

Глагол eperwtao в классическом греческом языке может означать обещание. Но в новозаветном койне он однозначно имеет смысл вопрошения, просьбы. Например, Мф. 16,1: фарисеи ephrwthsan - "просили" Христа. Встречается этот глагол также в Мф. 22,46; Мк. 9,32; 11,29; Лк. 2,46; 6,9; Рим. 10,20; 1Кор. 14,35. Отглагольное существительное от него употребляется в 1Пет. 3,21. И нет ни одного случая употребления этого греческого глагола в корпусе Новозаветных текстов в смысле обещания, приношения. Вполне логичен латинский перевод этого слова interrogare, rogare, т.е. также - вопрос, просьба. И даже в протестантской литературе уже встречается правильное понимание этого стиха: крещение есть просьба.[34] О чём эта просьба? Продолжение фразы апостола Петра разъясняет: Крещение… спасает воскресением Иисуса Христа. Крещение даёт дар от Бога (eiV Qeoўn) через воскресение (diў aўnastasewV) Иисуса Христа. Не Богу приноситься дар, но от Бога ожидается помощь. Крещение спасает не тем, что в нём мы что-то обещаем Богу, а тем, что Спаситель дарует нам плод своего воскресения. В крещении мы и спрашиваем у Бога дарование доброй, обновленной совести".[35]

Если всё же настаивать на синодальном переводе этого места, то получится, что одним лишь усилием воли человек способен обрести добрую совесть. Добрая совесть, т.е. чистота души - это и есть дар, о котором говорит Иоанн Златоуст: "В крещении через чувственную вещь - воду сообщается дар".[36] И если у уверовавшего и без Христа есть добрая совесть, в которой он так уверен, что даже дает клятву, что она у него будет всегда, то зачем ему "спогребаться со Христом крещением в смерть"? Если всё, что необходимо для спасения, уверовавший уже имеет и без крещения, то не оказывается ли крещение совершенно излишним?

И действительно, баптисты сделали всё для рождения этого вывода. Например, в трёх главах книги П.И. Рогозина, посвященных крещению, мы не находим ответа на главный вопрос: что делает акт крещения необходимым?

В I главе - "Крещение" - Рогозин кратко констатирует, что "с начала III столетия и вплоть до наших дней"[37] никто толком не понимал и не понимает сущности крещения (разумеется кроме баптистов).

Во II главе - "Что такое крещение?" - даётся ответ: "крещение - наше публичное свидетельство пред людьми и пред Богом о том, что... мы нашли спасение".[38]

В III главе "Спасает ли крещение?" ответ сводится к тому, что оно, конечно, не спасает, да и не предназначено для этого. Г.К. Тиссен это выразил внятнее: “Совершенно очевидно, что крещение не производит спасения, оно, скорее, следует за ним”.[39] Конечно же, никакой акт, в том числе и крещение, не может сам по себе “производить спасения”, но в Православии крещение связано с “совершением спасения” (Флп. 2,12), ибо принимается ради него. В баптизме никакой связи с осуществлением спасения нет. Оно лишь “следует за ним” как извещение следует за событием. Само же ни на йоту не участвует в его созидании.

И всё же, после громких утверждений о том, что креститься имеют право только “те и только те, кто знает Господа (Иер. 31,34), кто имеет духовное обрезание (Фил. 3,3), и рождён от Бога (Ин. 1,12-13)”.[40] Да и вообще: "Крещение никого не спасает. Спасает Христос Своей пречистой Кровью",[41] остается всё тот же вопрос: тогда зачем оно нужно? Почему креститься так обязательно? Почему этим обусловливается вхождение в Царство Небесное? Не дано протестантам указать на жизненную необходимость крещения. Все, попытки объяснения строятся по следующему шаблону в более или менее развёрнутом виде: "Крещение есть личное повеление Господа, данное: проповедникам Евангелия - крестить (Мф. 28,19), а верующим в Евангелие - креститься (Деян. 2,38)".[42] “Господь не предложил совершать эти ритуалы. Он повелел исполнять их!... Эти священнодействия (крещение и хлебопреломление) являются Божьими установлениями, и мы должны исполнять их как Богом данные обязанности”.[43] Вот так, всё строго "по-евангельски". Всё подтверждено цитатами, кому что делать. Но зачем? Если апостолы только потому и крестили, что им так сказал Христос или у них такие “обязанности”, а сами в этом не видели никакой жизненно-важной необходимости, то они оказываются хуже фарисеев, которые и в самом нелепом обряде усматривали какой-то таинственный смысл!

Василий Великий, которого многие баптистские богословы считают созвучным себе и без иронии называют его одним из отцов Церкви, также в корне не согласен с протестантской концепцией крещения: “Почему мы христиане? Всякий скажет: по вере. А каким образом спасаемся? Таким, что возрождаемся именно же благодатью, подаваемою в крещении. Ибо чем иначе спастись?”.[44] “Изображением смерти служит вода, а залог жизни подаётся Духом”.[45] Так же мыслит и святой Амвросий: "В крест Господа Иисуса верует и оглашенный, которым и сам знаменуется, но если он не будет крещён во имя Отца и Сына и Святого Духа, то не может получить отпущение грехов и сподобиться дара духовной благодати".[46]

Протестанты, с одной стороны, утверждают, что у человека не может быть дел, способствующих спасению, а с другой стороны, чисто человеческое дело - крещение оказывается делом, обусловливающим вхождение в Царство Небесное. Если действительно, как пишет автор, "дар спасения нами уже принят... дело нашего спасения в нашем сердце" уже совершено,[47] то, что же препятствует нам войти в Царство Божие? Если человек "вступил в тесное общение со Христом",[48] то негоже Христу не впускать такового в Своё Царство только из-за того, что тот не исполнил пустой формальности. Неужели если человек тысячи раз свидетельствовал пред людьми и Богом о своей спасённости, тысячи раз обещал быть верным, это всё не считается, если при этом он не окунулся в воду?!

Даже если протестанты согласятся, с тем, что в крещении прощаются грехи, то при сохранении их концепции, это отнюдь не делает его необходимым. И хотя скверный и не может войти в Царство Божие (Откр. 21,27), но если учесть, что он и без очищающего крещения находится в теснейшем общении с Богом, то скверным такового уже никак не назовёшь!

Краткий вывод из всего вышеизложенного: баптистское понимание таинства крещения можно определить как – фрагментарное, частичное. Причём фрагменты православного учения о крещении, принимаемые баптистами, самые поверхностные – символический и психологический. Это то, что, с православной точки зрения, делает такое “неполное” понимание крещения – еретическим. Теперь, пожалуй, время перейти к изложению православного понимания этого великого таинства.

Церковь содержит в себе полноту даров Святого Духа (Еф. 1,23). Только жизнь в Церкви есть жизнь во Христе, ибо Церковь есть Тело Христово, а мы члены тела его, от плоти Его и от костей Его (Еф. 5,30). Посему вхождение в Церковь (т.е. крещение) - это причастие Церкви, причастие Христу, поэтому оно не может быть безблагодатным. Сам Христос в беседе с Никодимом назвал крещение рождением свыше: истинно, истинно говорю тебе: если кто не родится свыше, не может увидеть Царствия Божия... если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие. Рождённое от плоти есть плоть, а рождённое от Духа есть дух (Ин. 3,3,5-6). "Когда "дух" и "плоть" противопоставляются друг другу (Гал. 5,16-23; Рим. 8,5-8), то разумеются не душа и тело, а два противоположные направления жизни, которые, проникнув в существо человека, являются в нём как бы двумя враждебными природами. Греховное начало настолько укоренилось в падшей природе человека, что последняя может освободиться от него не иначе, как посредством воссоздания, которое силен сотворить только один Бог. Сын Божий, восприняв природу человеческую, воссоздал её в Себе и дал возможность всем людям через принадлежность к Телу Его - Церкви быть участниками этой новой природы, сонаследниками, составляющими одно тело,[49] и сопричастниками обетования Его (Еф. 3,6) и только тот, кто во Христе, тот новая тварь (2Кор. 5,17). Начало этой новой, духовной, богообщной жизни подаётся человеку в крещении".[50]

Господь даровал способ, благодаря которому можно получить духовное семя Нового Адама. Это семя - и есть начало рождения! Грехи прощаются во многих таинствах. Прощение личных грехов в крещении не составляет его назначения (цели). В чём же особенность таинства крещения? Вся суть крещения в том, что в этом таинстве происходит рождение нового человека. Иоанн Богослов пишет, что всякий, рождённый от Бога, не делает греха, потому что семя Его пребывает в нём, и он не может грешить, потому что рождён от Бога (1Ин. 3,9). Учение о крещении как семени является не только православным, но и апостольским. “Бог Слово входит в человека и пребывает в нем как семя. Спасительная благодать есть дар Божий, который как семя Божественное всевается всякому крещающемуся”.[51] Это делает крещение непостижимым таинством. При крещении даётся семя, которое мы должны в себе возрастить. Разве происходит преображение в нового человека автоматически? Нет, мы остаёмся плотяными, т.е. подверженными всем болезням (духовным и физическим) и самой смерти. Происходит нечто иное: в нашего ветхого человека всевается семя Нового Человека и, как при каждом таинстве, происходит освящение. Однако ветхий человек автоматически не превращается в первозданного. Что же происходит в человеке? Первичное заражение в нас не исчезает и ничуть не умаляется. Но при этом в крещении подаётся нечто новое - начаток инобытия, новый (для падшего естества) образ единения с Богом, начало жизни во Христе. В ветхое привносится новое, чтобы этой новизной преобразить всё естество и сделать его христоподобным. “Оная будущая жизнь как бы вливается и примешивается к сей настоящей”.[52] Таким образом, человек вырывается из состояния фатальной смерти, господства повреждённого естества. “Искуплением обновлено человеческое естество. Богочеловек обновил его Собою и в Себе. Такое обновлённое Господом естество человеческое прививается, так сказать, к естеству падшему посредством крещения. Крещение, не уничтожая естества, уничтожает его состояние падения; не делая естества иным, изменяет его состояние, приобщив человеческое естество естеству Божию”,[53] - со ссылкой на 1Пет. 1,4 излагает православное учение святитель Игнатий Брянчанинов.

Древо жизни посажено, но неуместным было бы говорить о прощении греха первородного или о том, что он прощён не вполне. Прощаются грехи личные. Первородный грех недостаточно просто простить. Это - повреждение природы, требующее действенного исцеления. Это болезнь, её мало простить, её нужно исцелить. Исцелённую природу мы видим у воскресшего Христа. Тот, кто остаётся смертным (т.е. тленным), ещё не исцелён. Ему дано только начало, только семя Христова преображения. Уничтожив в нас диктат греха, крещение не уничтожает его самого. Мы не перестаем быть способными совершать грех. "Купель даёт отпущение грехов соделанных, а не содееваемых".[54] При помощи благодати Божией, подаваемой в крещении, нам предстоит самим искоренить в себе греховные наклонности. "Должно стараться, чтобы вы познали, каким путём можете достигнуть отпущения грехов и получить надежду наследия благ обетованных. Другого пути к сему нет, кроме того, чтобы, познав Христа и омывшись крещением во оставление грехов, начали потом жить безгрешно".[55] "Христос насаждается в сердца наши таинством святого крещения как семя в землю. Дар этот сам собою совершен: но мы его или развиваем или заглушаем, судя по тому, какое проводим жительство. По этой причине дар сияет во всём изяществе своём только в тех, которые возделывают себя евангельским заповедями и по мере этого возделания".[56]

Благодатное Царство Христово в крещении только зачалось, но ещё не завоевало всей его природы, не преобразило её в себя целиком. В этом смысле, очевидно то, что даже при действительном таинстве сила его действенности всецело зависит от течения дальнейшей духовной борьбы. "Духовная благодать, – говорит св. Киприан Карфагенский, – которая в крещении равно приемлется верующими, потом поведением и действиями нашими или уменьшается или умножается, подобно тому, как в Евангелии семя Господне равно сеется, но, по различию почвы иное истощается, а иное умножается в разнообразном изобилии, принося плод в тридцать, шестьдесят или сто раз больше".[57] Святитель Игнатий Брянчанинов: “Крещённый человек, делая добро, принадлежащее естеству обновлённому, развивает в себе благодать Всесвятаго Духа, полученную при крещении, которая, будучи неизменяема сама по себе, светлее сияет в человеке по мере делаемого им Христова добра. Так светлее сияет неизменяющийся сам по себе солнечный луч по мере того, как свободнее небо от облаков. Напротив того: делая по крещении зло, доставляя деятельность падшему естеству, оживляя его, человек теряет более или менее духовную свободу. Грех снова получает насильственную власть над человеком, диавол снова входит в человека, соделывается его владыкой и руководителем”.[58]

Недостаточно просто отречься от прежней греховной жизни, необходимо всеми силами в новой своей жизни с корнем вырывать остатки старой. Потому и взывает к Богу всякий православный: "Не остави мене, яко семя тли во мне есть".[59] "В крещении человек одержал первую и, можно сказать, решительную победу над грехом. Но, чтобы окончательно восторжествовать над грехом, необходимо его изгнать совершенно из своей природы. Нужно совершенно очистить свою душу и тело от малейших признаков ветхого человека. Тогда только спадут окончательно "путы" греха, и человек вполне усвоит себе вечную жизнь".[60] Таким образом, "святое крещение – по выражению св. Афанасия Александрийского – отверзает нам (только) путь к просвещению".[61] Путь спасения и вечной жизни зачинается в крещении и после продолжается развитием положенного семени гармонией свободы и благодати. И завершается, по слову Сергия Страгородского, "вступлением человека туда, куда он себя, при помощи данных ему средств, приготовил, к чему развил восприимчивость".[62]

В католицизме точность крещальной формулы определяет действенность таинства. В Православии она поставляется в тесную зависимость от нравственного состояния приступающего к купели. В крещении человек не другую душу получает и не становится праведным, сам о том не подозревая, а с прежней душой решается жить иначе. Поэтому очень важно то, как сам крещающийся переживает происходящее. Глубина его покаяния, его жажды непрестанного следования за Господом, видение необходимости дара Христова - и есть его способность к восприятию этого таинства. Иоанн Златоуст выражает это так: "Насколько по свободному произволению отлагаем мы в крещении ветхого человека, настолько же произвольно и сыноположение. Потому что Бог всё предоставил на волю того больного, которого Он хочет излечить в крещении". "Если нет воли, – говорит преп. Макарий Египетский, – Сам Бог ничего не делает… совершение дела Духом зависит от воли человека".[63] “Ожидающему от Бога принять семя благодати надлежит сперва очистить землю сердца, чтобы падшее на неё семя Духа принесло совершенные и обильные плоды”.[64] Господь желает подарить Себя каждому, войти в общение с каждым. Бог взыскует не свидетельств о богообщении (крещении), а способности к восприятию этого общения. Глубина же и действенность богообщения всецело обусловлены мерою, которую человек способен вместить. Исходя из этого понимания крещения, нравственная подготовка к таинству есть соучастие в нём. "Выжмем себя покаянием, – призывает преподобный Ефрем Сирин, – чтобы не утратить нам благодати прощения, как настоящей своей краски. Выжимание есть тщательное отложение противного. Ибо таким образом наведённый на нас цвет, закалившись в душах наших, уже не сойдёт".[65] Образ приспособления души к восприятию благодати указал Сам Господь: Кто не примет Царствие Божие как дитя, тот не войдёт в него (Мк. 10,15). Прежде, нежели сеять семя Божией благодати, необходимо возделывание своей тернистой почвы, уподобление своего восприятия - детскому. У взрослых сознание (душа) засорено греховным навыком. Покаяние есть вырывание греховных плевел. Оно болезненно, но необходимо, чтобы не сделать сеяние тщетным (т.е. крещение бесплодным).

Если протестант крестится “потому, что...”, то православный – “для того, чтобы...”. Эта разница – дочь богословия и мать духовной жизни. Мы погреблись с Ним (Христом) крещением в смерть, чтобы... ходить во обновлённой жизни... ветхий наш человек распят с Ним, чтобы упразднено было тело греховное, дабы нам не быть уже рабами греху (Рим. 6,4-6). У Рогозина, видимо в противовес католическому автоматизму, от лица крещающегося звучит твердое: "Я даже не допускаю мысли о возможности исправления своей ветхой греховной натуры".[66] В Православии же, уничтожение греховного в человеке не вменяется по-католически как совершаемое “ex opere operatо”, но и не отрицается по-протестантски как невозможное. Его исправление (исцеление) полагается целью крещения и всей жизни.

Протестантизм не оставляет смысла для жизни после крещения. С православной точки зрения жизнь христианина должна сопровождаться миссионерской и благотворительной деятельностью, а не составлять её суть. Христиане духовны, а значит, духовная жизнь и есть жизнь в собственном смысле для христианина. Смысла для этой духовной жизни нет у крещеного протестанта. Христос за всё заплатил, вполне искупил. Доплачивать что-либо сверх, к чему сводится духовная жизнь католика, не имеет смысла.

Православие осмысливает и переживает крещение иначе. Крещение во спасение – это событие, происходящее не в Божественном сознании только, а в существе всего человека. И если праведность, полученная человеком в крещении, является скорее целью, чем её достижением, если она есть только семя, тогда дальнейшая духовная жизнь становится весьма важной и осмысленной.

В заключение не лишним будет для справки приведести несколько свидетельств из отцов Церкви. Это иногда бывает уместно, чтобы подчеркнуть основу истины – неизменность. Когда века созвучны, об этом стоит задуматься.

Кирилл Иерусалимский: "Великая вещь - крещение. Оно есть пленных искупление, грехов отпущение, смерть греха, возрождение души, одежда светлая, святая, нерушимая печать, колесница на небо, утешение райское, царствия ходатайство, дар усыновления".[67]

Святитель Григорий Богослов: "Благодать и сила крещения... очищает грех в каждом человеке и совершенно измывает всякую нечистоту и скверну, привнесённую перворождением".[68]

Святитель Иоанн Златоуст: "Погрузившись в купель вод, он (грешник) выходит из Божественных вод чище лучей солнечных. Выходя из сей купели, становится не только чистым, но святым и праведным. Ибо апостол сказал: не только омылись, но и освятились и оправдались (1Кор. 6,11) ... Крещение не просто отпускает нам грехи, не просто очищает нас от беззаконий, но так, как бы мы вновь родились. Ибо оно вновь творит нас и образует".[69]

Блаженный Феодорит: "Крещение... сообщает дары Святого Духа и делает сынами Божиими, и не только сынами, но и наследниками Богу и сонаследниками Христу".[70]

Цитатами Писания, гармонией отцов, логическими и нравственными выводами, конечно, можно пренебречь ради своей первоначальной установки, но будет ли это правильно? Отрицание благодати крещения – это еще один опыт пустоты, ставший для многих определяющим. Апеллирование к собственному нечувствию в принципе не может отрицать чужого положительного опыта. Если вы чего-то не чувствуете, что-то отказываетесь пережить, то это не значит, что этого вообще нет и быть не может. Атеисты на основе своего опыта отрицают бытие Бога, но у нас есть другой опыт. Протестанты в крещении видят лишь свои действия, и причина этому – не цитаты из Библии или наглядная очевидность, а характерная черта позиции отрицания.

В формате .doc (Word 97-2003)
В формате .docx (Word 2007)
В формате .pdf (Acrobat Reader)]]> Admin Wed, 19 Nov 2008 19:05:44 +0100 http://antibaptism.ru/kreschenie/36-mozhno-li-krestit-detejj.html http://antibaptism.ru/kreschenie/36-mozhno-li-krestit-detejj.html МОЖНО ЛИ КРЕСТИТЬ ДЕТЕЙ?

Диакон Андрей Кураев

Расхождение православия и протестантизма по вопросу о крещении детей — это не просто проблема обряда. За этой разницей стоит уже отмеченное принципиальное различие восточного и западного христианства. Протестантизм понимает спасение как прощение, которое Христос возвещает тому, кто в Него поверил. Православие понимает спасение как жизнь Бога внутри человека, как исцеление.

Протестанты говорят, что поскольку младенцы юридически недееспособны и неразумны, они не могут исповедовать Евангельскую доктрину и, соответственно, не могут быть членами народа Божия. Православные, однако, исходят из того, что знать, что такое воздух — это одно, а дышать им — нечто иное. Младенец не знает свойств и происхождения молока — но без него жить не может. Какая мать скажет заболевшему ребенку: “ты все же сначала вырасти, кончи медицинский институт, и только когда ты поймешь, как действует на организм это лекарство, и когда ты пообещаешь больше никогда не есть снег — вот тогда я тебе дам лекарство!”?

Понятно, что преступник, не принесший сознательного покаяния, не может быть помилован. Но должен ли врач отказывать в помощи больному только потому, что тот еще не понял источника собственной болезни?

Да, ребенок не знает, что такое Церковь и на каких принципах она строится. Но ведь Церковь — это не философский кружок, не простое собрание единомышленников. Церковь — это жизнь в Боге. Отлучены ли дети от Бога? Чужды ли они Христу? Не абсурдно ли оставлять детей вне Христа (а крещение всеми христианами понимается как дверь, вводящая в Церковь Христову) лишь по той причине, что нормы римского права не видят в них признаков “дееспособности”?

Верно, нельзя насиловать человека. Но с какой стати младенцев считать за демонов? Какие основания считать, что они противятся соединению со Христом? Согласны ли протестанты с суждением Тертуллиана, что душа человеческая просто по природе своей уже христианка? Значит, естественно для человека стремиться ко Христу, а не противиться Ему? Значит, лишь злая воля человека отклоняет его стремление от Источника жизни? И что же — выходит, младенцы столь злы, что для них нет места в Церкви и что их крещение нельзя расценивать иначе как насилие над их волеизъявлением?..

Теперь обратимся к Библии. Любой человек, читавший Писание, скажет, что в Ветхом Завете было несколько прообразов новозаветного крещения. И все те ветхозаветные события и установления, которые оказались прообразами новозаветного крещения, — все включали в себя детей.

Первым прообразом было прохождение через Красное море. Прошел весь Израиль с младенцами — а для ап. Павла это уже знак крещения: “Не хочу оставить вас, братия, в неведении, что отцы наши все были под облаком, и все прошли сквозь море; и все крестились в Моисея в облаке и в море” (1 Кор. 10, 1-2). Если младенцы приняли участие в ветхозаветном крещении, на каком основании надо отказывать им в возможности принять крещение новозаветное?
Вторым прообразом таинства Крещения было обрезание. Обрезание было знаком вхождения в Божий народ, знаком Завета. Совершалось же оно на восьмой день после рождения мальчика (Быт. 17, 9-14). Так что — до Христа младенец мог быть членом Церкви, членом народа Божия, а после Его пришествия и жертвы это оказалось невозможным? Так пришел ли Христос, чтобы облегчить людям путь к Богу или чтобы затруднить его? Наверное, чтобы облегчить. Пришел он только ради взрослых или и для детей? Наверное, и детям тоже Он облегчает доступ к дому Отца… Обрезание сменилось тем, прообразом чего оно было — крещением (Кол. 2, 11). Но неужели в итоге смены Заветов младенцы уже лишены возможности стать членами Церкви?

Протестанты понимают крещение слишком односторонне: они видят в нем лишь отрицательный смысл: омовение от скверны греха (мол, раз дети не грешат (???), то им и не нужно крещение). Но у крещения есть и позитивный смысл, причем надсубъективный. Крещение не есть просто внешнее проявление внутреннего намерения человека (“обещание Богу доброй совести”). Крещение — это событие, которое меняет тот мир, в котором человек живет. Крещение есть вхождение в народ Божий, причем это не юридическое “приобретение прав гражданства”, а присоединение к Телу Христову, получение благодатного покрова, благодатной помощи.

Чтобы понять связь ветхозаветных прообразов с новозаветной практикой крещения, стоит поставить вопрос о том, а кто, собственно, был субъектом Завета. Завет — это договор. Договор предполагает две стороны, которые вступают в определенные отношения между собой. Одним субъектом библейского Завета является Бог. Но с кем именно Он заключает Ветхий Завет? С Моисеем? с Аароном? — Нет, со всем народом Израиля. И на страницах Евангелия мы видим, что Христос за-ключает Новый Завет не с Петром и не с Иоанном, но с новым народом Божиим: к Чаше Завета, изливаемой “за вас и за многих”, Христос приглашает “всех”. Бог дает Свою благодать и защиту не просто одному индивиду, а сообществу людей — Церкви. “Христос не только носитель вечной Вести, которую Он повторяет одному за другим каждому удивленному человеку” . Он говорит к Церкви.

Поэтому очень важно понять, что обрезание и крещение не есть частные требы. Это не просто личное или семейное событие. Это событие общенародное. И вступить в Завет — значит получить права гражданства в народе Божием, значит начать жить той жизнью, которая и помимо меня, и до меня живет в других людях, через которых я встре-чаюсь с Творцом. Не отделить нас друг от друга пришел Спаситель, но воссоединить. И потому не нужно смущаться тем, что в самом Новом Завете слово “церковь” упоминается 110 раз. Для обретения спасения надо вступить в “землю святую”, в то сообщество людей, через которое свет благодати распространяется в мире. Церковь — народ Божий. А может ли быть народ без детей?

Закон, избранничество, права и обетования Ветхого Завета распространялись на детей. Вступить в состояние Завета значило прежде всего вступить в члены народа Божия. В народ Божий люди входили с детства. Для этого недостаточно было просто родиться в еврейской семье — надо было пройти через таинство обрезания. Также и сегодня — мало родиться в семье христианина, надо пройти таинство крещения.

Этими таинствами родители включают своих детей в состояние Завета, в состав народа Божия для того, чтобы на малышей распространялась благодатная Божия защита, покрывающая весь народ. Как некогда еврейские дети в ночь самой страшной египетской казни спасались от погубления кровью агнца, нанесенной на дверные косяки, так в христианскую эпоху от ангела смерти дети защищаются Кровию истинного Агнца и Его печатью — крещением .
Протестанты говорят, что у человека нет и не может быть таких дел, которые помогали бы ему обрести спасение. Но эта формула протестантского богословия находится в разительном противоречии с их же пониманием крещения. Крещение — это всего лишь действие человека или в крещении помимо человека, кроме человека действует еще и Бог? Крещение есть только то, что я хочу засвидетельствовать перед лицом Бога, или же в крещении есть еще и встречное действие Творца, есть встречный посыл благодати? Если верно лишь первое, то крещение не более чем странный, чисто человеческий обряд, безблагодатная человеческая деятельность. И повеление Христа о крещении выглядит странным: “кто будет веровать и совершать вот такое-то обрядовое действо, спасен будет, а если кто не исполнит именно этой формы обряда, будет осужден даже в том случае, если у него была вера”. Если же признать, что в крещении действует Сам Бог, то, значит, крещение есть таинство, то есть такое человеческое действие, которое призывает Божию благодать в мир человека. А если главное в крещении совершается Духом — то откуда же у протестантов такое дерзновение ограничивать область действия Того, Кто дышит, где хочет? Почему они столь уверены в том, что Дух не хочет действовать в детях?

В текстах Нового Завета есть прямое повеление Христа: “Не препятствуйте им приходить ко Мне” (Мф. 19, 14). Однако единственная дверь ко Христу — “если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие” (Ин. 3, 5). Христос, взглянув на детей, “возложил руки на них и благословил их” (Мк. 10, 16). Значит, Христос благословляет детей, Он может их благословить. Так же православные надеются, что Господь благословит и их детей .

Бог освящает детей даже до их рождения, примером чему — Иоанн Креститель (Лк. 1, 15). Можно вспомнить пророка Иеремию (“Прежде нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя, и прежде нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя” — Иер. 1, 5) и апостола Павла: “Бог, избравший меня от утробы матери моей и призвавший благодатью Своею” (Гал. 1, 15). Как видим, благодать может касаться детей даже помимо их рассудка. Почему же отказывать детям в благодати крещения и причастия?

В Ветхом Завете мы видим посвящение первенцев Богу на 40-й день. Могли ли они сами в этом возрасте давать обет Богу, что будут служить Ему неотступно во всю свою жизнь (см. Исх. 13, 2 и 1 Цар. 1, 28)? Родители давали обещание за своих детей еще до их рождения, и Бог благословлял это их намерение
(1 Цар. 1, 11; ср. Суд. 13, 7). И в Новом Завете мы также видим, как Бог спасает детей по вере родителей: бесноватый отрок исцелен по вере отца (Мк. 9, 17-27). По молитве хананеянки спасена ее дочь (Мф. 15, 22-28). По вере капернаумского царедворца исцелен его сын (Ин. 4, 46-53). По благоволению Божию к родителям вернулись к жизни их умершие дети (Лк. 7; Мк. 5; Лк. 8) .

Нам говорят, что детей нельзя крестить, потому что они не могут присягнуть на верность Евангелию, а крещение, как говорит ап. Петр, есть “обещание Богу доброй совести” (1 Петр. 3, 21).

Этот аргумент строится на неверном переводе Писания. С сожалением должен сказать, что и синодальные переводчики в этом месте ошиблись. Ближе к оригиналу церковно-славянский перевод: [b]Крещение не “обещание Богу доброй совести”, а “вопрошение у Бога совести благи[/b]”. Здесь крещение оказывается не приношением, не обещанием, но — просьбой…

Может, свв. Кирилл и Мефодий плохо понимали греческий? Но вот природный грек и христианин еще вполне ранних времен св. Григорий Богослов (IV век) подтверждает, что речь у ап. Петра идет о даровании доброй совести в крещении (Слово 40, на крещение). Причем контекст богословия св. Григория вообще не допускает толкования крещения как обета: со ссылкой на Екклезиаста (5, 4) Григорий Богослов пишет: “Ничего не обещай Богу, даже и малости; потому что все Божие, прежде нежели принято от тебя” .

Глагол •0 в классическом греческом языке может означать обещание. Но в новозаветном койне он однозначно имеет смысл вопрошения, просьбы. Например, в Мф. 16, 1: фарисеи “•0” — “просили” Христа. Встречается этот глагол еще в Мф. 22, 46; Мк. 9, 32; 11, 29; Лк. 2, 46; 6, 9; Рим. 10, 20; 1 Кор. 14, 35. Отглагольное существи-тельное от него и употребляется в 1 Петр. 3, 21. И нет ни одного случая употребления этого греческого глагола в корпусе Новозаветных текстов в смысле обещания, приношения. Вполне логичен латинский перевод этого слова interrogare, rogare, то есть также — вопрос и просьба. И даже в протестантской литературе уже встречается правильное понимание этого стиха: крещение есть просьба .
О чем эта просьба? Продолжение фразы ап. Петра разъясняет: “Крещение… спасает воскресением Иисуса Христа”. Крещение дает дар от Бога (Ѕ0) через воскресение (••0) Иисуса Христа. Не Богу приносится дар, но от Бога ожидается помощь. Крещение спасает не тем, что в нем мы что-то обещаем Богу, а тем, что Спаситель дарует нам плод Своего воскресения. В крещении мы испрашиваем у Бога дарование доброй, обновленной совести. Дар совести, позволяющий различать добро и зло, обновляется воскресением Христовым. Язычники судятся законом совести — и всякий человек судится им, но совесть христиан просвещена спаситель-ным даром.

Контекст апостольского послания говорит о том, что жить надо в доброй совести. Но если и без Христа у меня уже есть наличная добрая совесть (которую меня призывают обещать Христу) — так зачем вообще Он нужен? Если я и так добр и праведен — зачем крест Христов? Значит, нужно “обновление ума”, нужно у Бога просить дар различения духов. Но это и есть радикальнейшая перемена в человеке, которая не может произойти без вхождения Бога внутрь человека, не может произойти одним лишь усилием воли или сознания человека. Значит, крещение — это не присяга, не клятва, не юридическое обязательство, как у баптистов, а внутреннее изменение в людей, у которых “чувства навыком приучены к различению добра и зла” (Евр. 5, 14).
И это прошение дара чистой совести — преждевременно ли оно для младенца? Да, обещать младенец ничего не может, но разве не может он просить? Не есть ли все его бытие — просьба? “Бог больше сердца нашего” (1 Ин. 3, 20), и эту свою огромность Он тем не менее дарит нам, вмещает в нас.
Детям нужен Христос или нет? — Вот конечный смысл вопроса о крещении. Как детям дать покров Христов, как им усвоить благодатный дар Христова подвига? А дети баптистов — во Христе? Если да — то как они оказались во власти Христа? Иногда баптисты даже сами признают, что их дети — вне Христа . Но если младенцы не у Христа, если они не в Теле Главы Церкви, то значит — у “князя мира сего”. И только глядя мимо колыбели своего ребенка, можно статью о недопустимости крещения младенцев заканчивать утверждением типа “Крещение — это единственная дверь к вступлению в общение с церковью… Присоединиться к церкви иным способом невозможно” . Верно. Но скажите это, глядя в лицо своему ребенку: “Ты вне церкви. Ты вне Христа. И я тебе помочь ничем не могу. Мне моя догматика велит думать, что единственный способ присоединения к Церкви тебе недоступен”.

Поскольку не всякий баптист может заменить отцовское сердце учебником догматики, то в протестантской литературе появляются странные суждения, объясняющие возможность спасения без крещения, возможность очищения без личного завета с Христом. Так, для оправдания своего убеждения в том, что их некрещеные дети чисты, баптисты приводят апостольские слова о том, что “грех уничтожен Жертвою Христовой”. Но ведь это жертва за весь мир. Если считать, что эта жертва делает уже ненужным крещение детей, то не надо крестить и взрослых. Если же “христианин веры евангельской” считает, что дары Жертвы без крещения распространяются только на младенцев и только для них Жертва делает ненужным крещение — то пусть приведет библейские основания для своего убеждения.

И лучше не ссылаться на слова Христа о детях: “Таковых есть Царство Небесное” . Ибо в этом евангельском тексте стоит не указательное местоимение — “сих”, но “таковых” (0), то есть речь идет о том, что люди, подобные детям по некоторым чертам характера, наследуют Царство Небесное. Этот текст нельзя понимать как обещание Царства Божия просто в силу возраста. Кроме того, Христом сказано: “Кто не примет Царствия Божия, как дитя, тот не войдет в него” (Мк. 10, 15) . Если у сектантов дети принимают Царство Божие без крещения — то пусть и взрослых они приемлют в Церковь “как детей”, то есть без крещения.

В Писании нет специального повеления крестить детей? Но нет также прямого повеления крестить женщин или стариков. Господь сказал “крестите все народы” (см. Мф. 28, 19). И здесь нет исключения по признакам национальности, пола или возраста. Вообще обычно Писание делает оговорку, если не включает в число указываемых им лиц женщин и детей (см. Мф. 14, 21). Никаких оговорок относительно крещения детей нет.
И в новозаветных текстах мы видим описание таких событый, которые предполагают крещение детей вместе со взрослыми. Крестились Лидия и домашние ее (Деян. 16, 15); темничный сторож “и все домашние его” (см. Деян. 16, 31); Павел “крестил Стефанов дом” (1 Кор. 1, 16). Апостолы крестили целую общину самаритян (Деян. 8, 14-17) — и вполне возможно, что там были и несовершеннолетние дети.

Ап. Петр говорит обратившимся к вере: “Вам принадлежит обетование и детям вашим” (Деян. 2, 39). По слову ап. Павла, бывают “верные дети” (и в пресвитеры должны поставляться только люди, имеющие таких детей — см. Тит. 1, 6). Здесь верные именно в смысле верующие ( от  “верный, верующий”).  в Писании означает именно христиан, принявших крещение и ставших уделом Христовым: “когда же крестилась она и домашние ее, то просила нас, говоря: если вы признали меня верною Господу, то войдите в дом мой” (Деян. 16, 15; ср. Еф. 1, 1; Деян. 10, 45; Откр. 17, 14; 1 Тим. 4, 10; 1 Кор. 7, 14).

Вот еще одно немаловажное место: “Неверующий муж освящается женою верующею, и жена неверующая освящается мужем верующим. Иначе дети ваши были бы нечисты, а теперь святы” (1 Кор. 7, 14). Могут ли люди, находящиеся вне завета, то есть некрещеные дети, называться “святыми”? Могут ли быть святыми те, кто не привиты к единственно святому корню — Христу (Рим. 11, 16)? Протестанты говорят при толковании этого библейского места, что эти дети “святы” просто по рождению, освящены верующей матерью и потому их не нужно крестить. Но это же самое тогда надо говорить и о муже верующей жены: если он, еще будучи язычником, стал свят благодаря верующей жене, то может, и его стоит принимать в христианство без крещения? Тогда будет две двери для вхождения в христианскую Церковь: тем, у кого нет родственников-христиан, надо будет креститься, а имеющим христиан среди близких надо будет просто приносить от них справку. Но если это — абсурд, то значит, и предположение о том, что вера матери освящает детей сама по себе, без таинства возрождающей Христовой благодати, не менее абсурдно. Значит — приходится допустить, что дети стали “святыми” через их непосредственное и личное освящение, то есть через крещение.

Протестанты настаивают на абсолютно буквальном понимании евангельских слов: “Кто будет веровать и креститься, спасен будет” (Мк. 16, 16). Если нет веры — то нет и крещения. У детей веры быть не может — значит, нельзя их и приводить к крещальной купели. Однако, если этот текст прилагать ко всем вообще, а не только ко взрослым, получится вполне чудовищная вещь. Ведь эта фраза Христа имеет продолжение: “а кто не будет веровать, осужден будет”. Дети веровать не могут, следовательно, если и к ним приложима эта формула, то дети уже осуждены. И если ребенок умирает — ему нет спасения. Следовательно, формулы о крещении после научения и исповедания веры относятся именно ко взрослым, а не к детям.

И с какого же возраста баптисты считают возможным крещение человека? Когда кончается возраст детского неразумия? При решении этого вопроса баптисты обычно следуют установлениям светского права: советская власть выдает паспорта людям в 16 лет, значит, и мы будем крестить лишь 16-летних… Вот случай для размышления о возрасте духовного взросления: сибирский город Ноябрьск. Город без православного священника. Декабрь 1996 г. В семье, совсем недавно пришедшей в православие, меня знакомят с младшим — шестилетним Максимом. И отец рассказывает: “На прошлой неделе я слег с приступом остеохондроза и сутки не мог даже подняться с постели. На следующее утро Максим осторожно заглядывает в мою комнату и спрашивает: пап, ну как ты? Да вот, говорю немного лучше, уже могу вставать. — Максим поворачивается, убегая из комнаты, на ходу бросает: ну, хорошо, пап, я тогда еще о тебе помолюсь!”. Вопрос к протестантам: вот Максимка, вот его вера, вот вода. Что мешает ему креститься?

Митр. Вениамин (Федченков) рассказывал о случае, когда девочка из протестантской семьи, умершая некрещеной, просила священника в видении о молитве . Поскольку христианство — это область практики, это свидетельство не может быть просто отброшенным. Точно так же невозможно вместить в рамки протестантской догматики духовный опыт тысяч русских подвижников, крещеных в детстве, но приобретших несомненный христианский духовный опыт. Что же — оптинский старец Амвросий так и не был вообще христианином, не был членом Церкви только потому, что крестился в детстве, а не по баптистскому обряду по достижении совершеннолетия?

Церковь же всегда считала допустимым крещение христианских детей. О нем говорит св. Ириней Лионский (†202): “Христос пришел спасти через Себя всех, — всех, говорю, которые возрождаются от Него для Бога — младенцев, отроков, юношей и старцев” (Против ересей, 2, 22, 4; см. также 5, 15, 3). Ориген говорит о крещении детей как об апостольском предании: “Церковь получила от апостолов предание преподавать крещение и младенцам” (На Рим. кн. 5, гл. 6).
В 252 г. Карфагенский собор определил: “Не должно нам никого устранять от крещения и благодати Бога, о всем милосердного, благого и снисходительного. Если этого надобно держаться по отношению ко всем, то особенно, как мы думаем, нужно соблюдать это по отношению к новорожденным младенцам, которые уже тем заслуживают преимущественно нашу помощь и милосердие Божие, что с самого начала своего рождения они своим плачем и слезами выражают одно моление” (Цит. св. Киприан Карф. 46 Письмо епископу Фиду).

И даже инициатор протестантского движения Мартин Лютер в 1522 г. осудил отвергавших детское крещение анабаптистов Никлоса Шторха, Томаса Дрекселя и Марка Штюбнера. Сам Лютер был крещен в детстве и отказывался перекрещиваться, приводя самого себя как пример, доказывающий благодатность детского крещения: “Что крещение детей Христу угодно, доказывается достаточно собственным деянием Его, именно, тем, что Бог из них многих святыми делает и Духа Святого им дал, кои таким образом крещены были, и ныне еще много тех, по коим видно, что они Духа Святого имеют, как по учению, так и по житию их; как и нам по милости Божией дано”. И далее: “Ежели бы не принимал Бог крещения детей, значит, во все времена до дня сего ни один человек на земле христианином не был… Засим говорим мы, что для нас не самое важное, верует или не верует крещаемый; ибо оттого не делается крещение неистинным, но все зависит от слова и заповеди Божией. Крещение есть не что иное как вода и слово Божие, одно при другом. Вера моя не творит крещение, но воспринимает его” .

Для Лютера, как и для православных христиан, крещение есть омовение водою, пронизанной благодатью Христовой, то есть именно таинство. Баптисты же уверены, что в их крещении Дух Святой им не подается. И значит — остается у них только пустая обрядность, мертвая форма, вполне бессмысленное подражание древним церковным преданиям. И дети — от которых Христа спрятали за страницами “догматического богословия”.

скачать всю книгу "Протестантам о Православии"]]> Admin Mon, 17 Nov 2008 19:32:07 +0100 http://antibaptism.ru/kreschenie/23-tainstvo-kreshhenija.html http://antibaptism.ru/kreschenie/23-tainstvo-kreshhenija.html Таинство крещения.

"Крещение есть таинство, в котором верующий при троекратном погружении тела в воду с призыванием Бога Отца и Сына и Святого Духа умирает для жизни плотской, греховной и возрождается от Духа Святого в жизнь духовную, святую" - Ин. 3:5 (Катих., о крещен.).



Пророчества о водном крещении:

"И окроплю вас чистою водою, и вы очиститесь от всех скверн ваших... И дам вам сердце новое и дух новый" (Иез. 36:25-28). "Он опять умилосердится над нами, изгладит беззакония наши. Ты ввергнешь в пучину морскую все грехи наши" (Мих. 7:19). "В тот день откроется источник дому Давидову и жителям Иерусалима для омытия греха и нечистоты" (Зах. 13:1).



Установление таинства крещения:

"Дана Мне всякая власть на небе и на земле: итак, идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа" (Мт. 28:18-19).



Необходимость крещения для всех людей:

"Если кто не родится от воды. и Духа, не может войти в Царствие Божие" (Ин. 3:5). "Кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет" (Мр. 16:16). Веруем, что Святое Крещение, заповеданное Господом и совершаемое во имя Святой Троицы, необходимо. И без него никто не может спастись, как говорит Господь (Ин. 3:5). Посему оно нужно и младенцам, ибо и они подлежат первородному греху и без крещения не могут получить отпущения сего греха. И Господь, показывая сие, сказал без всякого исключения, просто: "кто не родится," т.е. по пришествии Спасителя Христа "все имеющие войти в Царство Небесное должны возродиться" (Послан. патр., чл. 16).

Святой Иоанн Златоуст, объясняя (Ин. 3:5), так наставляет: "слышите вы все, чуждые просвещения (Святого Крещения): ужаснитесь, возрыдайте! страшна эта угроза, страшно определение! Невозможно, говорит Христос, тому, кто не родится водою и Духом, войти в Царствие Небесное, потому что он еще носит одежду смерти, одежду проклятия, одежду тления, еще не получил знамения Господнего, он еще не свой, а чужой; не имеет условленного в царстве знака... Если случится, чего не дай Бог, что постигнет нас нечаянная смерть, и мы отойдем отсюда без просвещения (крещения) то, хотя бы мы здесь имели тысячи благ, нас ожидает не что другое, как геенна, червь ядовитый, огонь неугасимый и узы неразрешимые. Но не дай Бог кому либо из слушающих испытать это наказание."



Совершители таинства крещения (и других таинств).

Господь дал заповедь о совершении крещения апостолам и их законным преемникам, т.е. пастырям Церкви (епископам и пресвитерам), через непрерывное преемство восходящим к апостолам (чем и доказывается, что они законные наследники иерархической власти апостолов). При этом необходимо обратить внимание, что хотя заповедь и полномочие на совершение таинства крещения апостолы получили от Господа до Его вознесения, однако к совершению таинства приступили только в день Пятидесятницы, когда последовало поставление их на служение Церкви действием Духа Святого (Деян. 2:1-4:38-41). "Вода," - пишет святой Киприан Карфагенский, "должна быть прежде очищена священником, чтобы при крещении она могла омыть грехи человека крещаемого... Каким же образом может очистить и освятить воду, кто сам нечист, в ком нет Святого Духа и к кому относятся следующие слова Господа: "и все, к чему прикоснется нечистый, будет нечисто..?" (Чис 19:22). Кто может дать то, чего сам не имеет? Или как может совершать духовное сам потерявший Духа Святого?"



Вещество таинства крещения - вода.

Веществом для таинства служит чистая, естественная вода, особым священнодействием освященная и являющаяся орудием, средством Святого Духа. "Если кто спросит," - говорит святой Иоанн Златоуст, - "для чего употребляется вода, то спросим и мы взаимно: для чего вначале в создание человека входила земля? Что Богу и без земли возможно было сотворить человека, это очевидно для каждого, поэтому не допытывайся... Почему же нужна вода..? Есть несколько сокровенных причин для этого, но из многих я скажу вам пока одну. Какая же это причина? Та, что в воде символически изображается гроб и смерть, воскресение и жизнь, и все это происходит совместно. Когда мы погружаем свои головы в воду, как бы в гроб, вместе с тем погребается ветхий человек и, погрузившись долу, весь совершенно скрывается. Потом, когда выпрямляемся, - выходит человек новый. Как легко для нас погрузиться и подняться, так для Бога легко погрести ветхого человека и явить нового. Но это совершается трижды, чтобы ты знал, что все это совершается силою Отца и Сына и Святого Духа. Α что сказано мною не гадание, послушай только, что говорит Павел: "мы погреблись с Ним крещением в смерть" (Рим 6:4); также: "ветхий наш человек распят с Ним" (стих 6); или: "соединены с Ним подобием смерти Его" (стих 5)." "Если же кому желательно узнать," - пишет святой Кирилл Иерусалимский, - "почему благодать преподается через воду, а не через другую стихию, то найдет и сие, изучив божественные писания. Вода есть нечто великое и наилучшее из четырех видимых стихий мира."



Примеры водного крещения.

а) Святой Иоанн Предтеча крестил в воде: "это происходило в Вифаваре при Иордане (реке), где крестил Иоанн" (Ин. 1:28). "Иоанн также крестил в Еноне близ Салима, потому что там было много воды, и приходили туда и крестились" (3:23).

б) Господь Иисус Христос крестился в воде: "крестившись Иисус тотчас вышел из воды" (Мт. 3:16). "Пришел Иисус из Назарета Галилейского и крестился от Иоанна в Иордане. И когда выходил из воды..." (Мр. 1:9-10). в) Апостолы крестили в воде: "они приехали к воде; и евнух сказал: вот вода; что препятствует мне креститься..? и сошли оба в воду" (Деян. 8:36-38), "Кто может запретить креститься водою тем, которые, как и мы, получили Святого Духа? и велел им креститься во имя Иисуса Христа" (10:47-48). В других местах Священного Писания (ср. Деян. 2:33; 8:12; 19:3-5; Мр. 1:8; Мт. 28:19; Мр. 16:16 и др.) не упоминается о воде, в которой крестились, потому что понятие о ней (воде) содержится в самом слове "крестить" (βαπτίζειν - погружать, орошать, мыть).



Образ совершения крещения.

Крещение должно совершаться через троекратное погружение крещаемого в воду, с призыванием имени Отца и Сына и Святого Духа. Евангелисты, повествуя о крещении Иисуса Христа, говорят, что Он, крестившись, "тотчас вышел из воды" (Мт. 3:16), "когда выходил из воды" (Мр. 1:10). Нисхождение в воду, очевидно, требовалось для погружения в нее, а никак не для обливания ею. Иоанн избрал для крещения иудеев многоводное место близ Салима (Ин. 3:23), без сомнения, потому, что здесь ему удобнее было крестить через погружение. Апостолы также крестили через погружение: "сошли оба в воду Филипп и евнух; и крестил (έβάπτισεν) его. Когда они вышли из воды..." (Деян. 8:38-39). На погружение крещаемого в воду указывает слово Божие, когда видит прообраз крещения в потопе (1 Пет. 3:21); называет крещение "[банею] омовение водное" (Еф. 5:26), "[банею] купель возрождения" (Тит. 3:5), "подобием смерти Его" (Рим 6:5) и погребения: "мы погреблись с Ним крещением в смерть" (стих 4), т.е. как при погребении земля объемлет погребающегося в нее, так и при погружении вода объемлет крещающегося.

Совершительные слова в таинстве Крещения произносятся по заповеди Иисуса Христа (Мт. 28:19). "Великое таинство крещения," - свидетельствует святой Василий Великий, - "совершается тремя погружениями и равночисленными им призываниями." "Делая сие (троекратн. погружение)," - говорит святой Григорий Нисский, - "отображаем на себе тридневную благодать воскресения и делаем это, не в молчании принимая таинство, но с произнесением над нами имени трех святых Ипостасей... Почему во имя Отца? Потому что Он начало всего. Почему во имя Сына? Потому что Он зиждитель твари. Почему во имя Духа Святого? Потому что Он совершительная сила всего." "Вы исповедали," - учит святой Кирилл Иерусалимский, - "спасительное исповедание и погружались троекратно в воду, и опять из воды появлялись. И здесь вы знаменательно изобразили тридневное погребение Христово."

Выражение "креститься во имя Иисуса Христа" (Деян. 2:38; 8:16; 10:48; 19:5 и др.) означает креститься по заповеди Иисуса Христа, принять крещение, установленное Им. Таким выражением слово Божие характеризует христианское крещение в отличие от крещения Иоаннова. "Никого," - учит святой Василий Великий, - "да не вводит в обман у апостола то, что, упоминая о крещении, нередко умалчивает он об имени Отца и Святого Духа, и никто не должен заключать из сего, что не надобно соблюдать призывания имен... Это потому, что наименование Христа есть исповедание всего; оно указывает и на помазующего Бога, и на помазанного Сына, и на помазание Духа."





Невидимые действия крещения.

"Сие таинство (крещения) уничтожает все грехи: в младенцах - первородный, а во взрослых и первородный, и произвольные. Во-вторых, воссозидает человека и возвращает ему ту праведность, которую он имел в состоянии невинности и безгрешности, как свидетельствует апостол (1 Кор. 6:11)., наконец, после крещения мы соделываемся членами тела Христова и облекаемся в Господа нашего" (Галат. 3:27; Правосл. Испов., отв. на вопр. 103). "В крещении," - учит святой Исидор Пелусиот, - "естество не только приняло все то, что было нужно к отъятию греха, но еще и украшено божественными дарами. Не только избавлено от наказания и совлеклось всякого лукавства, но возрождено свыше божественным... пакибытием, искуплено, освящено, сподоблено усыновления, оправдано, соделано наследником Единородного и сотелесником Его через причащение Священных Таин, стало телом Его и соединилось с Ним, как тело с главою... Посему признавай, друг, крещение не отъемлющим только грехи, но и производящим усыновление, и божественное сродство, и тысячи других, нами перечисленных и умолченных благ; потому что Царь всяческих, не искупил только плененное естество, но и возвел на высшую степень чести."



а) Прощение грехов и очищение от них.

В крещении, а не до крещения, подается крещаемому оставление первородного и личных грехов (соделанных до крещения), очищение ("омытие") от всего греховного, а не объявление лишь правым пред Богом при остающейся греховности (ср. Иез. 36:25; Мих. 7:19; Зах. 13:1). Апостол Петр уверовавшим иудеям сказал: "покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов" (Деян. 2:28). Очевидно, что грехи уверовавшим, но не крестившимся, еще не были прощены. Савлу Анания говорит: "встань, крестись и омой грехи твои" (22:16), - которые, значит, еще не были прощены. "И такими (грешниками) были некоторые из вас (до крещения), но омылись (в крещении), но освятились, но оправдались именем Господа нашего Иисуса Христа и Духом Бога нашего" (1 Кор. 6:11; ср. Рим 6:2-7; Кол. 2:11-13). В Послании к Колоссянам (2:11-13) апостол противополагает иудейскому обрезанию, которое состояло в удалении известной части тела и было только внешним обрядом, христианское крещение, "обрезание Христово." Последнее есть обрезание сердца, внутренний акт, и в этом смысле оно "нерукотворенно." Выражение "совлечением (εν τη απεκδυσει, от απεκδυσις - снятие с себя платья, отречение) греховного тела плоти" (греховности человеческой природы - ср. Рим 6:6) обозначает, что, как ненужная одежда вся снимается, так и в крещении (нерукотворенном обрезании) удаляется не часть лишь тела, а вся греховная сторона человеческого существа. "Теперь, говорит (апостол)," - по объяснению святого Иоанна Златоуста, - "обрезание не от ножа, но от самого Христа; не рука, как там (в ветхом завете), совершает это обрезание, но Дух; обрезывается не часть, но весь человек. Тело и это, тело и то; но то обрезывается плотию, а это духовно, - не так, как иудеи (обрезывали), - потому что вы совлеклись не плоти, но грехов. Когда и где? В крещении. Что Павел называет обрезанием, то называет и гробом." - "Поелику колоссяне, увлекшись, возлюбили жизнь подзаконную, то апостол," - говорит блаженный Феодорит, - "объясняет также различие обрезания: оно не плотское, но духовное, не рукотворенное, но божественное, не отъятие малой части тела, но освобождение от всякого повреждения. Виновник же сего не закон, но Владыка Христос... "Совлечением же тела греховного плоти" назвал спасительное крещение, потому что в нем совлекаем с себя оскверненный хитон греха."



б) Воссоздание, или возрождение.

В слове Божием оправдывающее и освящающее действие благодати крещения именуется "рождением свыше" (Ин. 3:3), "рождением от Духа" (3:5), "возрождением" ("банею возрождения" - Тит. 3:5). До крещения человек был рабом греха (Рим 6:20); уверовав во Христа, он ненавидит грех, кается, решает отдать себя "в рабы праведности на дела святые" (стих 19), стать "рабом Богу" (стих 22). Но это его решение изменить направление воли еще непрочно, ненадежно, бессильно. В крещении благодать Божия, омыв его от греховной скверны, укрепляет решение воли его жить для правды и святости, и он выходит из купели совсем новым, обновленным в духовно-нравственной своей жизни, поистине вновь родившимся, но только "свыше," - "от Духа," - почему есть новая тварь (2 Кор. 5:17). "Возрождение" сделало его естество способным принять, вместить и хранить дары Святого Духа, подаваемые в другом таинстве - миропомазании." - "Исходящий из купели крещения," - пишет епископ Феофан, - "бывает и оправдан и праведен, - всякая вина греха с него снимается, и он желает лишь одного: Богу угодного добра, и силен на делание его." - "Человечество," - поучает святой Григорий Нисский, - "само по себе от крещения не приемлет изменения, ни рассудок, ни разумение, ни познавательная способность, ни другое что, собственно служащее отличительною чертою естества человеческого, не приходит в претворение (изменение). Если по слову пророка, омывшись в сей таинственной бане, стали мы чисты произволениями, смыв лукавства от душ (Исайи 1:16), то сделались лучшими и претворились в лучшее... Если ты таков, то действительно сделался чадом Божиим. Α если остаешься с прежними признаками порока, то напрасно разглашаешь о своем рождении свыше." - "Сущность оправдания (в крещении)," - пишет Сергий, архиепископ Финляндский, - "не в перемене независимой от воли человека, его духовно-телесной природы, а в перемене его жизнеопределения, в изменении направления его воли. Умирая греху и воскресая для праведности, человек не другую душу получает или не новую силу в душе, а только решает с прежней душой жить совершенно иначе."



в) Единение со Христом, примирение с Богом.

"Ибо все вы сыны Божии по вере во Христа Иисуса; все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись" (т.е. объединились с Ним - ср. 1 Кор. 6:17; 2 Кор. 13:5; Гал. 3:26-27; ср. Рим 8:14-15; Гал. 4:5). "Определяя, каким образом мы сыны Божии, " - замечает блаженный Феофилакт, - " говорит, что через крещение. Но не сказал: вы, которые крестились, детьми Божиими стали, как бы и требовала последовательность, а гораздо выразительнее: "во Христа облеклись." Α если мы облеклись "во Христа Сына Божия, и Ему уподобились, значит, приведены в единое родство, в единый образ, став по благодати тем, что Он есть по естеству" - "Итак, оправдавшись верою, мы имеем мир с Богом через Господа нашего Иисуса Христа" (Рим 5:1). "Тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими, которые не от крови, не от хотения плоти, не от хотения мужа, но от Бога родились" (Ин. 1:12-13). "Но для чего евангелист не сказал: соделал их чадами Божиими, а говорит: дал власть быть чадами Божиими? Чтобы показать," - объясняет святой Иоанн Златоуст, - "как много нужно заботливости для сохранения во всю жизнь в чистоте и неповреждении того образа усыновления, который напечатлен в нас при крещении; а вместе, чтобы показать и то, что такой власти никто не может отнять у нас, если наперед сами себя не лишим ее... Евангелист напоминает нам и о самом способе духовного возрождения (крещении) и, через сравнение его с рождением плотским, показывает его превосходство." - "Ибо все мы одним духом крестились в одно тело" ( (1 Кор. 12:13). "Охотно принявшие слово его крестились, и присоединилось (к Церкви) в тот день душ около трех тысяч... Господь же ежедневно прилагал спасаемых к Церкви" (Деян. 2:41-47).



г) Избавление от вечного осуждения.

"Κто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет" (Мр. 16:16). "Если дети, то и наследники, наследники Божии, сонаследники же Христу" (Рим 8:17). "Оправдавшись Его благодатью, мы по упованию сделались наследниками вечной жизни" (Тит. 3:7).



От желающего принять крещение требуется:

а) вера в Господа Иисуса Христа (Мр. 16:15-16). "Когда поверили Филиппу, благовествующему о царствии Божием и о имени Иисуса Христа, то крестились" (Деян. 8:12; ср. 8:36-38; 18:8 и др.).

б) Покаяние (обещание (а в оригинале - "испрошение") Богу доброй совести - 1 Пет. 3:21): "покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов" (Деян. 2:38).



Крещение не повторяется:

"Крещение есть духовное рождение, а родится человек однажды, потому и крестится однажды" (Катих.). "Один Господь, одна вера, одно крещение" (Еф. 4:5). "Крещение полагает неизгладимую печать. Ибо невозможно перекрещиваться правильно однажды окрестившемуся, хотя бы он после сего наделал тысячу грехов, или даже отвергся самой веры. Желающий обратиться ко Господу воспринимает потерянное сыноположение посредством таинства покаяния" (Послание патр. прав., член. 16).



[b]Восприемники при крещении.[/b]

(см. глав. о крещении младенцев).



Обряды при крещении и их значение.

Крещающийся, помимо устного отречения от диавола, виновника греха (Ин. 8:44; Еф. 2:2), и дуновения (как бы отгнания его), плюет на него в знак своего презрения (ср. Чис 12:14; Втор. 25:9) и прекращения с ним общения.

Как воин Христов (1 Тим. 1:18; 2 Тим. 2:3), обязанный вести борьбу с диаволом (Еф. 6:11-12), крещаемый, по примеру древних борцов умащавших свое тело елеем при борьбе с противником, помазуется освященным елеем. Белая одежда возлагается на возрожденного в знак чистоты души (ср. От 7:9-14), омытой в крещении от грехов (ср. Исайи 61:10).

Для видимого и постоянного напоминания христианину заповеди Христовой (Мт. 16:24) возлагается на него крест. Приемлющий крещение просвещается познанием истинного Бога, поэтому в знамение духовного просвещения (Евр. 6:4) и радости дается исходящему из купели возженная свеча. Хождение вокруг купели свидетельствует о вечности (круг есть символ вечности союза крещаемаго со Христом, о неизменности обетов, данных при крещении. Пострижение совершается в знак того, что новопросвещенный посвящен Богу, подобно назореям (Чис 6:18), и обязан все творить в славу Божию (1 Кор. 10:31).



Опровержение возражений.

1) Сектанты, отвергая таинства православной Церкви, приводят следующий текст: "нет ничего сокровенного, что не открылось бы, и тайного, что не было бы узнано" (Мт. 10:26; Мр. 4:22; Лук. 8:17; 12:2).

"Речь Спасителя" (Мт. 10:18-27), - говорит святой Иоанн Златоуст, - имеет такой смысл: "довольно для вашего утешения и того, что и Я, Учитель и Господь ваш, подвергаюсь одинаковой с вами укоризне (стих 24-25). Если же вы, слыша это, не перестаете все же смущаться, то имейте в виду и то, что спустя немного времени вы избавитесь и от позорных нареканий. И о чем вы скорбите? О том ли, что вас называют обманщиками и льстецами? Но подождите немного, и все будут называть вас спасителями и благодетелями вселенной. Время все сокровенное открывает; оно изобличит и клевету врагов и откроет вашу добродетель... и возвестит, кто вы таковы, прозвучит громче трубы, и сделает всех свидетелями вашей добродетели... Невозможно, чтобы дела ваши остались в неизвестности... Так как Он беседовал с учениками наедине и в маленьком уголке Палестины, то и сказал это "в темноте" и "на ухо," желая противопоставить образ настоящей беседы тому дерзновению в проповедании, которое Он имел в виду даровать им. Он сказал: "Говорите при свете," - "проповедуйте на кровлях," т.е. без всякой робости, со всей свободою и со всякою смелостью говорите все царям и народам во всей вселенной." Где же сектанты в приведенных словах Иисуса Христа усмотрели основания к отвержению таинств православной Церкви? Священнодействия, в которых Господь подает Свою благодать Духом Святым, называются таинствами, потому что благодать сообщается, хотя и через видимые посредства, но тайно, невидимо и непостижимо для человека: "ибо кто из человеков знает, что в человеке, кроме духа человеческого, живущего в нем? Так и Божьего никто не знает, кроме Духа Божия" (1 Кор. 2:11; ср. Ин. 3:8).

2) Под "водой" (Ин. 3:5, ср. 4:10-11; 13-14; От 21:6; Исайи 55:1 и др.) разумеется учение Христа. Поэтому "родиться от воды" значит не креститься в воде, а принять учение, погрузиться в учение. Водное крещение - излишне.

а) Иносказательно понимать выражения Свящtyyjuj Писания можно только в том случае, когда оно само дает для этого основания. Так например, в беседе с самарянкой Иисус Христос противополагает воде живой (естественной, ключевой) Свою "воду живую." Речь Его о "воде живой" в праздник кущей объясняет евангелист (Ин. 7:38-39; ср. От 17:1, с стих 15; 1 Кор. 10:4 и др.).

В беседе с Никодимом нет никаких указаний, вынуждающих понимать слово "вода" в переносном смысле. Сектанты не хотят этого видеть и для оправдания своего лжеумствования ссылаются на беседу с самарянкой, когда Господь будто бы Свое учение назвал "водой живой." Отсюда заключают они, что и в беседе с Никодимом "вода" означает учение Христово. Нет, скажем мы, учение Иисуса Христа нигде в Священном Писании не представляется под образом воды. Что же означает "вода живая" в гл. 4-й Евангелии от Иоанна? (стих 10:14). Самарянке Господь возвещал Свое учение, а "воду живую" обещает дать: "которую Я дам," - и она "сделается источником воды, текущей в жизнь вечную" (стих 14); т.е. вода, которую Я дам (ниспослав, по воскресении, Святого Духа - ср. Ин. 7:38-39), сделает человека причастником жизни вечной. Очевидно, что не учение Его - "вода живая," а благодать Его, Духом Святым подаваемая верующим, дары Святого Духа. Одно учение Христово без сил и дарований Святого Духа не может сделать человека причастником жизни вечной. Под образом "воды живой," - "воды жизни," - "живого источника воды," утоляющей жажду, питающей, представляются дары и силы Святого Духа и в др. местах Священного Писания (Ин. 7:38-39; От. 7:17; 21:6; 22:17; Ис. 12:3; 41:17; 44:3; 55:1 и др.). Слово "вода" в беседе с Никодимом означает не учение Христово и не дары Святого Духа (всегда представляемые под образом воды питающей), а стихийную, обыкновенную воду, служащую средством омытия Духом Святым греховной нечистоты (ср. Деян. 22:16; Иез. 36:25-26; Зах. 13:1). Если, по сектантскому лжетолкованию, слово "вода" употреблено в Евангелии от Иоанна (3:5) в переносном смысле, то спрашивается, в каком смысле употреблено то же слово и в том же Евангелии в других местах: 2:7-9; 4:46; 5:4; 13:5; 19:34? Сектанты, чтобы быть последовательными, должны понимать в этих местах слово "вода" также иносказательно! Так извращать слово Божие способны только люди, развращенные умом, противящиеся истине (ср. 2 Тим. 3:8).

"Благодать Святого Духа," - учит святой Иоанн Златоуст, - "в Писании называется иногда огнем, иногда водою, и это показывает, что такие наименования выражают не существо Его, а только действие, потому что Дух, как существо невидимое и однородное, не состоит из различных сущностей. Так огнем называет Его Иоанн (Мт. 3:11), а водою именует Христос (Ин. 7:38-39). Так и беседуя с женою, водою называет Духа: кто будет пить воду, которую Я дам ему, тот не будет жаждать вовек (Ин. 4:14). Называется же Дух огнем для означения теплоты благодати, которую Он возбуждает, и истребления грехов; а водою - для выражения чистоты и обновления, сообщаемого от Него душам, приемлющим Его."

"Спаситель обращается с ним (Никодимом)," - объясняет святой Кирилл Александрийский, - "как еще с немощным, весьма нежно и, сняв с Своей речи прикровенность, говорит уже ясно: если кто не родится через воду и Дух, не может войти в Царство Божие (Ин. 3:5). Так как человек по своей природе есть нечто сложное и не простое, составленный из чувственного тела и духовной души, то и для своего возрождения нуждается в двойном средстве, которое должно быть сродственно обеим сторонам его природы. Духом освящается именно дух человека, а водою, с своей стороны также освященною, - тело... "Водою живою" (Ин. 4:10-14) называет животворное дарование Духа, через которое одно только и в состоянии человечество, хотя и иссушаемое, подобно стволам дерев на горах, и оказывающееся, благодаря козням диавола, лишенным всякой добродетели, восходить снова в изначальную красоту своей природы и, напояясь животворною благодатью, процветать многоразличными видами благ... Подобное Бог говорит нам и устами пророков (Исайи 43:20-21; 44:3; Иер. 31:12). К приведенным мы можем присоединить и другие свидетельства Писания, посредством коих легко доказать что Божественный Дух часто именуется названием воды." - "Два предмета," - замечает блаженный Феофилакт, - "для Никодима были неудобопонятны: один - рождение духовное, другой - царствие. Ибо о Царстве Небесном иудеи никогда не слышали. Теперь он недоумевает по поводу рождения. Христос и открывает ему яснее способ рождения духовного. Ибо человек, состоя из двух частей, из души и тела, имеет и образ рождения двучастный. Вода, видимо принимаемая, действует к очищению тела, а Дух, невидимо соединяющийся, - к возрождению невидимой души... "Водою" (Ин. 4:10-14) называет благодать Святого Духа, потому что она очищает приемлющих ее и сообщает им большое освежение; называет водою не стоячею... но "живою," т.е. бьющею ключом, вскакивающею, быстро текущею. Ибо благодать Духа делает душу всегда подвижною к добру... Вода, которую Я даю, делается источником воды, постоянно и непрерывно умножающейся. Ибо святые не то только и сохраняют до конца, что получают от Бога, но через благодать они принимают семена и начатки добра, а сами приумножают их и взращают."

б) Господь Иисус Христос ясно различает наставление от водного крещения: "идите, научите все народы, крестя их..." (Мт. 28:19). Апостолы также считают, что научение есть одно действие, а крещение - другое, отдельное: апостол Петр сначала проповедовал, научал Корнилия и бывших с ним, а затем. крестил (Деян. 10:26-48; ср. 2:37-41; 8:6; 16:32-33; 1 Кор. 1:17).

3) Крещение Христово не водное, а Духом Святым (Мт. 3:11; Мр. 1:8; Ин. 1:33; Деян. 1:5).

Водное крещение Иоанна было только одним внешним символическим действием, означающим намерение крещающегося после покаяния и исповедания грехов начать богоугодную жизнь, но оно не очищало от грехов, не возрождало, как крещение, установленное Иисусом Христом. Выражением "Он будет крестить вас Духом Святым и огнем" (Мт. 3:5) Иоанн указывает не на замену Господом водного крещения одним невидимым крещением Святым Духом, а на внутреннюю благодатную сторону христианского крещения, в котором Святой Дух очищает душу крещающегося от греховной нечистоты, чем оно и превосходит его (Иоанново) крещение. Если бы водное крещение не было установлено Иисусом Христом, то апостолы не совершали бы его (Деян. 10:47-48) и не учили о невидимых действиях его (2:38; 22:16; Рим 6:2-7; 1 Кор. 6:11 и др.). Под словами "и огнем" разумеется действие Святого Духа в крещении водном, очищающее крещающегося (ср. Евр. 12:29). В кн. Деяний (1:5) содержится обетование о ниспослании Святого Духа на апостолов.

4) Возрождает не крещение, а слово Божие (Иак. 1:18; 1 Пет. 1:23).

Через слово Божие, несомненно, действует Бог на душу человека. Слово Божие может произвести переворот в душе человека, призвав его к покаянию и истинной жизни, но оно не дает очищения от грехов и сил для борьбы с грехом. Поэтому слово Божие не устраняет таинств, не может заменить их. Иерусалимские слушатели апостола Петра должны были для прощения грехов креститься (Деян. 2:38-41). Так как в процессе обращения грешника ко Христу слово Божие является средством, через которое Бог рождает в нем веру и покаяние, то апостолы сказали, что Он "родил нас словом истины" (Иак. 1:18), что христиане - "возрожденные от слова Божия" (1 Пет. 1:23), т.е. пробужденные от сна греховного. Но "возрожденный от слова Божия" еще не очищен от греха, почему и необходимо ему родиться от воды и Духа. По выходе из купели он, омытый от греховной скверны, возлюбивший правду и святость, является родившимся "свыше," сподобившимся "бани возрождения." Возрождение от слова Божия не заменяет, а ведет к возрождению в крещении. "Путь (обращения грешника), - пишет еп. Феофан, - таков: сначала слушание (слова Божия), потом вера от слышания, наконец, запечатление Духом Святым в крещении и миропомазании."

5) Верующий во Христа получает через веру прощение грехов (Деян. 10:43); поэтому крещение для прощения грехов излишне.

Здесь (Деян. 10:43) апостол Петр говорит только о том, что верующий во Христа получит прощение грехов. Но когда, в каком священнодействии, - этого не указывает и не упоминает о покаянии, необходимом условии прощения. Из 38 стих гл. 2-й Деян. видно, что уверовавшие иудеи должны были покаяться и для прощения грехов креститься, а согрешившие после крещения приходили к апостолу Павлу, исповедуя и открывая свои дела (Деян. 19:18). Следовательно, вера является только одним из условий для получения прощения грехов и таинств (крещения и покаяния) не устраняет.

6) Очищение от грехов мы получаем по вере до крещения (ср. Деян. 10:44-45), которое есть один обряд.

На некрещеных, но с верою принявших благовестие апостола Петра, сошел Святой Дух (Деян. 10:44) с тою целью, как свидетельствует слово Божие (ср. - 10:11-16), чтобы уверить не только иудеев, но и апостола, что и язычники без соблюдения закона Моисеева достойны вступления в Церковь Христову, если, конечно, уверуют в Господа Иисуса Христа. Высокая и важная цель требовала и необычайного средства. Сошествие Святого Духа (до крещения) на присоединяющихся к Церкви Корнилия и бывших с ним - единственный пример в апостольской Церкви, почему и "верующие из обрезанных, пришедшие с Петром, изумились" (стих 45). Это необычайное явление в жизни Церкви устранило всякое сомнение в законности принятия язычников в нее через крещение (обязательное для всех людей - Мт. 28:19; Ин. 3:5) "независимо от дел закона" (Рим 3:28). "Все же это было," - пишет святой Епифаний, епископ Кипрский, - "тайною и делом Божия человеколюбия, чтобы и святой Петр и всякий человек знал, что спасение язычников - не от людей, но от Бога. Ибо предупредил Бог дать и дарование Духа, и видение ангела, и признать приятными Ему молитву и посты и творение добрых дел, чтобы апостолы и особенно святой Петр не лишали того, кто действительно призван Богом, вверенного им."

Сектанты из этого повествования делают заключение, ни на чем не основанное. Из сказанного в кн. Деян. (10:44-48) вывод должен быть следующий: в апостольское время верующие обычно получали Святого Духа после своего крещения не без внешних посредств, а именно через молитвенное возложение рук апостолами; в истории обращения Корнилия и бывших с ним видим единственный случай непосредственного сообщения Святого Духа до крещения. Во-вторых, очищения от грехов Корнилий и бывшие с ним, очевидно, не получили, когда удостоились даров Святого Духа, почему апостол велел им креститься, так как только в крещении прилагаемые к Церкви получают "омытие от грехов" (Деян. 2:38; 22:16; 1 Кор. 6:11 и др.). Α что Господь по особым целям посылает людям, даже недостойным, Свои дары, мы знаем из жизни Валаама, получившего дар пророчества (Чис. гл. 22:23-24; ср. 2 Пет. 2:16). Крещение - не обряд, а таинство (ср. "невидимые действия крещения").

7) Не крещение спасает, а обещание Богу доброй совести (1 Пет. 3:21).

Апостол, имея в виду показать важность и спасительность водного крещения, говорит, что оно было прообразовано водою потопа: как та вода (носив на себе ковчег) спасла находившихся в нем от потопления, так и вода крещения спасает от погибели вечной верующих во Христа (ср. Мр. 16:16). Крещение, объясняет апостол, не тело омывает, а душу, оно есть не омытие плотской нечистоты, подобно иудейским омовениям, но обещание Богу омытую от грехов совесть сохранить доброй в дальнейшей жизни. "Спасает воскресением Иисуса Христа," т.е. избавляет от проклятия и вечной смерти, и такую силу крещение получило через воскресение Иисуса Христа, открывшее Ему возможность завершить дело искупления ниспосланием Святого Духа в Церковь. Тот же апостол в другом месте (Деян. 2:38-39) ясно сказал, что в крещении даруется прощение грехов, почему оно спасительно и необходимо всем, "кого ни призовет Господь."

Сектанты, по своему невежеству, не понимают даже грамматического строя речи: "спасает" относят не к слову: "крещение," а к выражению: "обещание Богу доброй совести."

"Так как спасение (во время потопа) было в воде," - объясняет блаженный Феофилакт, - "то он кстати относит это к Святому Крещению и говорит, что вода эта указывала на наше крещение, ибо и оно погубляет непокорных бесов и спасает с верою приходящих в ковчег, т.е. в Церковь, и как вода смывает нечистоту, так и крещение, только оно производит отложение нечистоты не плотской, а при посредстве внешнего знака производит омытие скверны душевной. Оно есть как бы залог и вручение доброй совести пред Богом."

8) Очищает от грехов не крещение, а слово Божие (ср. Еф. 5:26).

Господь возлюбил Церковь, учит апостол (Еф. 5:25), и предал за нее Себя на крестную смерть, чтобы освятить верующих (стих 26). Каким образом? "Очистив банею водною, посредством слова," т.е. святым крещением, в котором при троекратном погружении в воду произносятся слова: во имя Отца и Сына и Святого Духа. Это делается с каждым, приступающим к Господу, со всею Церковью. Вся она свята, так как прошла через очистительную и освятительную баню возрождения. Святой Иоанн Златоуст пишет: "в глаголе говорит апостол. Каком? - Во имя Отца и Сына и Святого Духа." Следовательно, под "словом" нужно разуметь не вообще слово Божие, а то совершительное слово, которое сопровождает крещение и через которое (слово) сообщается благодатная сила, очищающая крещающегося от греховной скверны, почему сказано: "очистив банею водною," а не словом.

9) Страдание и есть крещение (Мт. 20:22-23; Мр. 10:38-39; Лук. 12:50).

В указанных местах Свои крестные страдания Господь представил под образом крещения и питья чаши. Как в крещении человек погружается в воду, так и Господь, претерпевая страдания, как бы погрузился в них полностью. "Чашу с отравой" подавали осужденным на смерть.

Крещение кровью (мученичество) не исключает водного крещения. Господь, приняв крещение водное от Иоанна, пострадал на кресте. Апостол Павел был крещен Ананией в воде (Деян. 22:16), а затем претерпел мученическую кончину. Крещение кровью - удел не всех христиан, а водное крещение, по заповеди Господа (Мт. 28:19; Ин. 3:5), обязательно для всех. По свидетельству древней Церкви, исповедники, не успевшие креститься, должны были при первом удобном случае принимать водное крещение. Если же не успевали креститься, то мученическая смерть была для них крещением кровью (ср. Мт. 10:39; 16:25; Мр. 8:35). "Если не принял кто крещения," - учит святой Кирилл Иерусалимский, - "то не имеет спасения, за исключением одних мучеников, которые и без воды приобретают царствие... Мученичество Спаситель также называет крещением" (Мр. 10:38).

10) Для умирающих, каковыми являются все люди, крещение бесполезно (ср. 1 Кор. 15:29).

Некоторые из коринфских христиан отрицали воскресение мертвых (1 Кор. 15:12). Апостол воскресением Иисуса Христа и явлениями Его по воскресении (стих 4-8; 13-20), убеждает читателей послания в истине нашего будущего воскресения. Веру в несомненность воскресения крещающийся выражает, помимо устного исповедания ("чаю воскресения мертвых"), выходом из воды крещения (Рим 6:3-5). В таинстве крещения человек оживает духовно, чтобы ожить и телесно для будущей жизни. Если же нет воскресения мертвых, будущей жизни, "то для чего," - говорит апостол, - "и крестятся для мертвых?" (тел). По учению апостола крещение только тогда было бы бесполезно, если бы не было будущего воскресения мертвых, а когда Иисус Христос воскрес, то смерть, как явление временное, не только не устраняет крещения, а наоборот, оно становится необходимым и потому обязательным для получения царствия, имеющего открыться по воскресении мертвых (ср. Рим 6:22-23; Тит. 3:5-7; Фил. 3:20-21 и др.). "Крестящийся," - объясняет блаженный Феодорит, - "спогребается со Владыкою, чтобы, приобщившись смерти, соделаться общником и воскресения. Если же тело мертво и не воскреснет, то для чего и креститься?"

11) Водное крещение не имеет значения для спасения человека (ср. Иов. 9:30-31; Иер. 2:22).

В приведенных местах говорится о простых телесных омовениях, а не о таинстве крещения, которое тогда еще не существовало. Таинство крещения установил Господь по Своем воскресении не для "омытия плотской нечистоты," а для омытия души от грехов (ср. Деян. 22:16 и др.), и без крещения по его учреждении никто не может войти в Царствие Божие (Ин. 3:5). Слово Господне - неизменно: "небо и земля прейдут, но слова Мои не прейдут" (Мт. 24:35).

12) Разбойник без водного крещения получил Царство Небесное (Лук. 23:43).

Это было в то время, когда Господь еще не установил таинства крещения. Разбойник, уверовавший и покаявшийся, был спасен без водного крещения подобно тому, как спасались ветхозаветные праведники.

13) Апостолы не крестились в воде.

Апостолы крестились крещением Иоанновым, которое было водным; только "фарисеи и законники отвергли волю Божию о себе, не крестившись от него" (Лук. 7:30); это водное крещение было восполнено крещением Святым Духом в день Пятидесятницы, когда они удостоились получить в изобилии дары Святого Духа. Апостол Павел был крещен Ананием (Деян. 9:17-18). "Можно доказать," - пишет блаженный Феофилакт, - "что и апостолы крестились не только Духом, но и водою, только в разные времена. Над нами то и другое (крещение) совершается в одно время, а тогда совершалось и раздельно; потому что апостолы сначала крестились от Иоанна водою, а потом и Духом Святым" (Толкования на Деян. Том. 5. 1906 г., стр. 20).

14) Иисус Христос крестился в воде для того, чтобы отменить крещение, подобно тому как и обрезался Он для того, чтобы отменить обрезание.

Обрезание служило прообразом крещения (ср. Кол. 2:11-12) и было отменено потому, что его заменило крещение, Господом установленное. Иисус Христос Своим крещением, сопровождавшимся сошествием Святого Духа и свидетельством Бога Отца, освятил его, дал нам пример, а не отменил. Мы видим, что апостолы, очевидно, по заповеди Господа, крестили в воде еще до установления Им новозаветного крещения (Ин. 4:2), чего они не решились бы сделать, если бы Он отменил водное крещение Своим примером. Этим крещением в воде, совершаемым апостолами до страданий Христа, неоспоримо доказывается, что Господь и по воскресении Своем, повелевая апостолам крестить верующих, заповедал также водное крещение, но во имя Отца и Сына и Святого Духа. В книге Деяний имеются убедительные свидетельства о совершении апостолами водного крещения (ср. 10:47-48; 8:38-39). Святой Кирилл, архиепископ Иерусалимский, учит: "Освятил крещение Иисус, крестившись Сам. Ежели Сын Божий крестился, то какой благочестивый человек может презирать крещение? Крестился же Он не для того, чтобы получить прощение грехов (ибо Он был безгрешен), но, будучи безгрешным, крестился для того, дабы крещающимся даровать божественную благодать и славу... дабы мы через сие (крещение), опять сделавшись с Ним общниками, могли получить славу вместе со спасением."

15) Крещение есть погружение не в воду, а в смерть Христову, т.е. должно быть духовное (Рим 6:3-4).

В указанном месте апостол говорит о таинственной стороне не духовного, а водного крещения, выражаемой видимыми действиями. Подобно тому, как Христос умер и воскрес, так и крещающийся, погружаясь в купель, погружается в очистительную силу смерти Христовой и умирает для греха, а, выходя из купели, воскресает для новой и обновленной жизни, на дела святые. Если бы апостол не имел в виду водного крещения, состоящего из погружения в воду и выхода из нее крещающегося, то непонятна была бы речь его читателям послания. "Самое таинство крещения," - замечает блаженный Феодорит, - "научило тебя бегать греха: потому что крещение имеет образ смерти Владычней; в нем приобщился ты Христовой смерти и Христова воскресения. Посему надлежит тебе жить новою некою жизнью, сообразно с Тем, в Ком приобщился Его воскресения."

16) Крещение Иоанново есть ветхозаветный обряд омовения (ср. Исх. 19:10; 29:1-4; 40:12; Чис 19:7; 9-22).

Между омовениями иудейскими и крещением Иоанновым разница весьма значительная: при крещении Иоанновом от желающих креститься нужны были вера в Грядущего и покаяние, а при омовениях этого не требовалось. Крещение Иоанн совершал по повелению Божию, последовавшему "при первосвященниках Анне и Каиафе" (Лук. 3:2), а омовения установлены во время Моисея. Если крещение Иоанново было ветхозаветным установлением, то почему "фарисеи и законники не крестились от него?" (Лук. 7:30). Зачем нужно было Иоанну проповедовать "крещение покаяния для прощения грехов" (Мр. 1:4; Лук. 3:3), если оно хорошо известно уже было иудеям?

17) Апостолы крестили по снисхождению к иудеям, подобно тому, как допускали обрезание (Деян. 16:3) и жертвоприношение (Деян. 21:26).

Крещение не было установлено Моисеевым законом, притом оно совершалось и над уверовавшими во Христа язычниками, как то: Корнилием (Деян. 10:48), вельможей Кандакии (8:38), эллинами (Деян. 17:4) и др., - что свидетельствует о его обязательности для всех народов. Об отмене обрезания и жертвоприношений ветхозаветных имеется ясное определение апостольского собора (Деян. 15:19-20); а где же написано об отмене водного крещения, которое будто бы существовало у иудеев, как установление закона (Моисеева)? Ведь говорить, что крещение совершалось по снисхождению к иудеям, можно только в том случае, если имеется свидетельство об отмене его апостольским собором.

скачать]]> Admin Sun, 16 Nov 2008 11:49:08 +0100 http://antibaptism.ru/kreschenie/22-kreshhenie-mladencev..html http://antibaptism.ru/kreschenie/22-kreshhenie-mladencev..html Крещение младенцев.


Всеобщность первородного греха.

По учению православной Церкви все люди, как происходящие по плоти от Адама, согрешившего и осужденного, рождаются не только с греховною поврежденностью своей духовно-телесной природы, но и виновными пред Богом за свое греховное состояние. "Поелику в состоянии невинности все люди были в Адаме, то как скоро он согрешил, согрешили в нем и все, и стали в состояние греховное. Α посему не только греху подвержены, но и наказанию за грех... С сим грехом мы и зачинаемся во чреве матери и рождаемся, как говорит святой псалмопевец (Пс 50:7). Сей грех называется прародительским (первородным)" (Православ, Испов., Часть 1-я, отв. на вопр. 24). Слово Божие говорит: "Адам родил сына по подобию своему и по образу своему" (Быт. 5:3), т.е. по образу падшего и греховного человека. "Помышление сердца человеческого - зло от юности его" (Быт. 8:21), т.е. от наследственного предрасположения сердца ко злу. "Кто родится чистым от нечистого? Ни один" (Иов. 14:4), "И как человеку быть правым пред Богом, и как быть чистым рожденному женщиною?" (Иов. 25:4 ср. 15:14). "Вот я в беззаконии зачат и во грехе родила меня мать моя" (Пс 50:7), т.е. я нахожусь в состоянии греха и беззакония с момента зачатия и рождения. "Посему, как одним человеком грех вошел в мир, и грехом смерть, так и смерть перешла во всех человеков, потому что в нем все согрешили" (Рим 5:12). "Лукаво сердце человеческое более всего и крайне испорчено" (Иер. 17:9). "Мы все по природе чада гнева" (Еф. 2:3; ср. Рим 7:14-23). "Каждый искушается, увлекаясь и обольщаясь собственною похотью" (έπιθυμιας - желанием, влечением, охотой, страстью - Иак. 1:14). "Κто из вас без греха, первый брось на нее камень" (Ин 8:7). "Если говорим. что не имеем греха, - обманываем самих себя, и истины нет в нас" (1 Ин 1:8; ср. Быт. 6:5; 3 Цар 8:46; Пс 13:2-3; 142:2; Прит 20:9; Еккл. 7:20 и др.).



Повеление Господне о крещении младенцев.

"Истинно, истинно говорю тебе: если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие. Рожденное от плоти есть плоть, а рожденное от Духа есть дух" (Ин 3:5-6).



[b]О человеке, не возрожденном благодатью крещения,[/b]

слово Божие говорит: "рожденное от плоти есть плоть" (Ин 3:6). Он "по природе - чадо гнева" (Еф. 2:3), "находится во власти тьмы" (Кол. 1:13 ), "во тьме" (1 Пет 2:9), "во власти сатаны" (Деян. 26:18); не "в Царстве возлюбленного Сына" (Кол. 1:13), не "во свете" (Деян. 26:18). В Царство возлюбленного Сына, т.е. в Церковь Его (ибо Царство уже наступило - Кол. 1:14, 18, 24) человек входит через крещение: "все мы одним Духом крестились в одно тело, иудеи или эллины, рабы или свободные" (1 Кор. 12:13). "Все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись" (ενεδύσασθε от ενδύω - надеваю, одеваюсь, проникаю всецело предаюсь, объединяюсь - Гал. 3:27; ср. Еф. 5:25-26). Из приведенных текстов следует: а) что только через крещение можно сделаться членом Тела Христова (Церкви - Кол. 1:24), б) что только крестившиеся облеклись во Христа, объединились со Христом и в) что Он вступающих в Церковь Его очищает от грехов (первородного и личных) "банею водною" - водным крещением.



[b]Примеры крещения детей в апостольское время.[/b]

"Крестилась Лидия и домашние ее" (ό оίκoς - дом, семья, род). "Спасешься ты и весь дом (ό оίκoς) твой... Крестился сам и все домашние его" (Деян. 16:15, 31:33). "Крестил я также Стефанов дом" (τoν оικον) - 1 Кор. 1:16. Под словами; "домашние ее, его, дом твой, Стефанов дом," разумеются, очевидно, дети, составляющие с родителями дом, семью, которые и были крещены апостолом. Апостол Павел повелевает, чтобы в пресвитеры поставлялись лица, между прочим, имеющие "детей верных" (πιστα от πιστός - верный, верующий) - Тит. 1:6. Πιστός в новозав. писаниях означает принявших Святое Крещение, христиан: "когда же крестилась она и домашние ее, то просила нас, говоря: если вы признали меня верною (πιστήν) Господу, то войдите в дом мой" (Деян. 16:15; ср. Еф. 1:1; Деян. 10:45; 1 Кор. 7:14; 1 Тим. 4:10; От 17:14 и др.).



Условия для крещения младенцев.

От взрослых, приступающих к крещению, требуется покаяние и вера, потому что с их стороны может и не быть согласия на принятие благодати крещения, а даже может быть противление ей. Младенцы же по особым свойствам своей души доступны для действия благодати (ср. Лук. 1:15, 44; Иер. 1:5), у них нет грехов, содеянных при участии сознания (личных), почему от них, естественно, не требуется покаяние; первородный же грех, как унаследован был ими бессознательно, так может быть омыт без участия их сознания, по вере родителей и восприемников. Слово Божие удостоверяет; что вера родителей вменяется и детям их: "веруй в Господа Иисуса Христа и спасешься ты и весь дом твой" (Деян. 16:31); "ныне пришло спасение дому сему" через обращение главы семьи - Закхея (Лук. 19:9). По вере матери исцелена дочь ее (Мт. 15:21-28), по вере отца воскрешена дочь (Мр. 5:22-42), по вере царедворца Господь исцелил сына его (Ин 4:49-51), по вере отца исцелен сын бесноватый (Мр. 9:24-27), по вере сотника исцелен его слуга (Мт. 8:6-13). Господь не только исцелял по вере других (не по вере самих страдальцев) от недугов телесных, а и прощал грехи: "Иисус, видя веру их (принесших больного), говорит расслабленному: чадо, прощаются тебе грехи твои" (Мр. 2:5). Если Иисус Христос вменял веру одних другим, когда обитал видимо на земле, то Церковь Его верит, что Он и ныне веру родителей и восприемников вменяет младенцам, приносимым для привития к Нему (Рим 11:17) через святое крещение, так как Он "вчера и сегодня, и вовеки тот же" (Евр. 13:8). Во-вторых, Церковь совершает крещение (обрезание Христово - Кол. 2:11) над младенцами по вере родителей и восприемников, подобно тому, как еврейские дети вступали по вере родителей в завет с Богом через обрезание, совершаемое в восьмой день по рождении. Следоват., если в Ветхом завете Сам Бог признавал и младенцев способными ко вступлению в завет с Ним, то почему же лишать их этого блага в новозаветное время?



Восприемники при крещении.

Святая Церковь от начала своего установила, чтобы при крещении были восприемники по примеру "приносящих" к Иисусу младенцев (Лук. 18:15), которые от лица крещаемых (младенцев) произносят отречение от диавола и исповедуют веру в Триединого Бога, обязываясь вместе с тем пред Церковью воспитать крещаемых в вере и благочестии. "Об этом ясно свидетельствуют и древние отцы Церкви, а именно Дионисий в книге о церковн. иерархии и Иустин в 27 вопросе говорит: "младенцы удостаиваются благ, даруемых через крещение по вере тех, которые приносят их ко крещению." Августин также свидетельствует: "есть предание апостольское, что младенцы спасаются крещением." И в другом месте: "Церковь дает младенцам ноги других, дабы они ходили, сердце других, дабы веровали, язык других, дабы исповедывали, чтобы они, как сделались больными через грех другого, так и спаслись через исповедание других, сделавшись здравыми" (Послание патриар., чл. 16).



Свидетельства древних отцов.

Святой Ириней, епископ Лионский, учит: "Он пришел спасти Собою всех; всех, говорю, которые через Него возрождаются в Бога: младенцев. детей, отроков, юношей и старцев."

Ориген свидетельствует, что Церковь непрерывно совершала и совершает крещение над младенцами по преданию от апостолов, которые "знали, кому поручены тайны таинств божественных, что во всех есть нечистота греховная и что она омывается водою и Духом."

Святой Кипириан, епископ Карфагенский, писал от имени собора (в 252 г.) еп. Фиду: "что же касается дела о младенцах, которых, по словам твоим, не должно крестить во второй или третий день со дня их рождения, а должно сообразоваться с законом древнего обрезания, и рожденного, как ты думаешь, ни крестить, ни освящать прежде восьмого дня; то это обстоятельство представилось нам на нашем соборе совершенно иначе. Никто не согласился с твоим мнением об этом деле; напротив, все мы за лучшее почли ни одного родившегося человека не лишать милосердия и благодати Божией... Если и величайшим грешникам, много грешившим прежде против Бога, когда они потом уверуют, даруется отпущение грехов, и никому не возбраняется прощение и благодать; то тем более не должно возбранять это младенцу, который, едва родившись, ни в чем не согрешил, а только, происшедши по плоти от Адама, воспринял заразу древней смерти через самое рождение и который тем удобнее приступает к принятию отпущения грехов, что ему отпускаются не собственные, а чужие грехи."

Святой Григорий Богослов (†339 г.), обращаясь к каждой матери христианке, говорит: "у тебя есть младенец? Не давай времени усилиться повреждению, пусть освящен будет в младенчестве и с юных ногтей посвящен Духу. Ты боишься печати по немощи естества, как малодушная и маловерная мать? Но Анна и до рождения обещала Самуила Богу, и по рождении вскоре посвятила и воспитала для священной ризы, не боясь человеческой немощи, но веруя в Бога."

Карфагенский собор (419-426 г.), определения которого приняты Церковью вселенскою, постановил: "кто отвергает нужду крещения малых и новорожденных от матерней утробы детей, или говорит, что хотя они и крещаются во оставление грехов, но от прародительского Адамова греха не заимствуют ничего, что надлежало омыть банею пакибытия... тот да будет анафема" (правило 124).



Опровержение возражений.

Сектанты говорят:

1) Младенцы не могут ни веровать (Мр. 16:16), ни каяться (Деян. 2:38), ни давать обещания Богу доброй совести (1 Петр. 3:21), почему и нельзя их крестить.

Иисус Христос повелел (Мр. 16:15-16) апостолам: "идите по всему миру и проповедуйте Евангелие всей твари. Кто будет веровать (кто примет то, что будет проповедано) и креститься, спасен будет, а кто не будет веровать (разумеется не простое отсутствие веры, а противление вере, отказ от нее, после слышания проповеди Евангелия), осужден будет." Из этого текста видно, что в нем изложена заповедь Спасителя о крещении взрослых под условием их веры в истины Евангелия, так как неверие делало бы их неспособными к восприятию благодати Божией. О младенцах здесь нет речи. Они хотя не имеют сознательной веры, но не имеют и неверия (отказа от веры), и потому их нельзя считать неспособными к получению благодати, подаваемой им в крещении по вере близких к ним людей, что, как мы видели, удостоверяет слово Божие. Личных грехов у младенцев нет, поэтому и каяться им не в чем. В 1-ом Посл. апостола Петра (3:21) не говорится о том, будто только одни взрослые и сами за себя должны давать Богу обещание доброй совести. Необходимо лишь, чтобы крещение не совершалось без этого обещания. Но оно так и совершается в православной Церкви. Приносящие младенцев ко Христу дают от лица своих духовных детей обещание Богу во все дни жизни пребыть верными Ему. Слово Божие указывает нам примеры того, что родители давали обещание Богу за детей своих даже еще до рождения последних, и Он не осудил а благословил их (1 Цар. 1:11; ср. Суд. 13:7).

2) Невозможно младенцев научить истинам веры (Мт. 28:19), а поэтому нельзя их и крестить.

В Евангелии от Матфея (28:19) указывается порядок крещения не детей, а взрослых, соблюдаемый всегда православною Церковью.

3) Как можно крестить младенцев, не имеющих сознания?

Господь, по Своей бесконечной любви, соединенной с правдой, осеняет младенцев в крещении Своею благодатью и очищает их (без всякого личного их участия) от прародительского греха, который они без участия сознания и воли унаследовали от родителей. Хотя младенцы и лишены сознания, однако способны к восприятию благодати, которую Господь подавал им (Иер. 1:5; Лук. 1:13-15; 41:44; Мр. 10:15-16) и подает (в таинстве крещения - Ин 3:5).

4) Младенцы не нуждаются в крещении, "ибо таковых есть Царство Небесное" (Мт. 19:14; Мр. 10:14; Лук. 18:16).

Слова Господа: "таковых есть Царство Небесное," означают, что Он обещает царство не всем, а таковым, как дети; но их нельзя понимать в том смысле, будто никаких условий не требуется от детей для получения Царства Небесного, и они наследуют его только потому, что находятся в детском возрасте. Такое понимание отвергает первородный грех, о котором ясно свидетельствует и слово Божие, и все домостроительство о спасении человека, совершенное Господом Иисусом Христом. Дети, по учению слова Божия, "по природе - чада гнева" (Еф. 2:3), "нечисты" (Иов. 14:4), "плоть" (Ин 3:6), и чтобы им войти в Царство Небесное, прежде должно "родиться от воды и Духа" (Ин 3:5-6), т.е. через крещение "приложиться к Церкви" (Деян. 2:47), "облечься во Христа" (Гал. 3:27), "запечатлеться обетованным Святым Духом" (Еф. 1:13), ибо "не войдет в него (Царство Небесное) ничто нечистое" (От. 21:27). Каким же нравственным качествам, свойственным детям, должны подражать люди, желающие получит обещанное царство? Искренности и доверчивости детей. Что именно эти свойства детской души необходимы каждому человеку для наследования царства, Сам Господь указал: "истинно говорю вам, кто не примет Царствия Божия, как дитя, тот не войдет в него" (Лук. 18:17). Но искренность и доверчивость детей не есть еще доказательство их нравственной чистоты; у них рядом с этими свойствами бывает упрямство, зависть, жадность и др., как следствия поврежденной прародительским грехом природы. "Таковых есть Царствие Небесное, кои," - объясняет блаженный Феофилакт, - "имеют расположение детское. Дитя не превозносится, никого не унижает, незлобиво, бесхитростно, ни в счастии не надмевается, ни в скорби не уничижается, но всегда совершенно просто. Посему, кто живет смиренно и незлобиво и кто принимает Царствие Божие, как дитя, т.е. без коварства и любопытства, но с верою, тот приятен пред Богом. Ибо кто излишне любопытствует и всегда спрашивает, как это?, тот погибнет с своим неверием и не войдет в царствие, которого не хотел принять в простоте, без любопытства и со смирением... Господь не сказал сих детей есть царствие, но "таковых," т.е. кои добровольно приобрели себе незлобие и смиренномудрие, которое дети имеют по природе. Итак, все церковное, что составляет Царствие Божие, будем принимать без любопытства, с верою и смирением. Ибо любопытство свойственно самомнению и самомудрованию."

5) Дети христиан святы (1 Кор. 7:14), поэтому нет нужды их крестить.

Слово святой (αγιος) в Священном Писании не всегда означает в приложении к человеку душевную чистоту и святость его в собственном смысле, а часто употребляется в смысле - посвященный Богу, отделенный, избранный, отлученный от нечистого для служения Богу (ср. Лук. 2:23 - "посвящен Господу" - άγιoν τω Κυρίω). В последнем смысле апостол и употребил слово "святы," указывая, что дети от смешанных браков уже отделены от языческой среды, предназначены к крещению, к принятию христианства, так как уже введены в христианскую среду. "Неверующий муж освящается," т.е. неверующий супруг уже исторгнут сожитием с христианкою из тьмы или общения с нечистым, греховным миром и предназначен к крещению. Как "освящение" мужа, так и "святость" детей не дают им, по учению апостола (стих 16), спасения, а следовательно, не устраняют необходимости веры и крещения. Иначе достаточно было бы одному члену семейства уверовать и креститься, чтобы остальные члены спаслись. Но с таким выводом и сектанты не согласятся.

6) Младенцы - кусок мяса.

Нет, младенцы имеют душу живую и способную к восприятию благодати Божией (ср. Иер. 1:5; Лук. 1:13-15; Мр. 10:16 и др.).

7) В Священном Писании нет прямого повеления крестить детей.

Нет также прямого повеления крестить женщин и стариков. Для нас важно, что Господь повелел апостолам крестить всех, не исключая ни пола, ни возраста (Мт. 28:19; Ин 3:5-6).

8) Если бы существовало учение Христово о необходимости крещения младенцев, то святой Василий Великий, святой Григорий Богослов, святой Иоанн Златоуст и др. должны были креститься в младенчестве, а не в зрелом возрасте ("Баптист" 1909 г., № 16).

В Древней Христовой Церкви были примеры откладывания крещения единственно из опасения навлечь на себя большую вину через впадение в грех после крещения, а не вследствие мнения о непозволительности крещения детей (потому что, в случае опасности, их крестили, и учреждение это считалось апостольским). Совершение таинства отлагалось не ко времени достижения сознательного возраста, как это принято у сектантов, но до времени серьезной болезни или другой опасности. Святой Григорий Назианзин, святой Григорий Нисский и др. противодействовали этому обычаю, выставляя те заблуждения, на которых он основывался.

9) Христос принял крещение 30 лет (Лук. 3:23), и нам нужно креститься в этом возрасте.

"Скажут: Христос, при всем том, что Он Бог, крещается тридцати лет; как же повелеваешь спешить крещением? Сказав, что Он - Бог, ты решил вопрос," - объясняет святой Григорий Богослов: "Он - источная чистота, и не имел нужды в очищении; очищается же для тебя, так как и плоть носит для тебя, Сам будучи бесплотен. Ему не было никакой опасности откладывать крещение, потому что Сам был властен и в страдании, равно как и в рождении. Но для тебя не малая опасность, если умрешь, родившись для одного тления, и не облекшись в нетление. Беру во внимание и то, что Христу необходимо было крестится в такое время, а твои отношения иные... Он воскресает в третий день, а мы воскреснем по прошествии многого времени... Христовы дела преданы нам для того, чтобы служили некоторым образцом для наших действий, но совершенного сближения между ними быть не может."

10) Крещение детей узаконено только на Карфагенском соборе (419 г.).

Карфагенский собор не узаконил крещения младенцев, как установления нового, а, наоборот, осудив пелагиан (ср. 124 прав.), отвергавших нужду в крещении детей, засвидетельствовал, что крещение младенцев есть учреждение, ведущее начало через апостолов от Господа.

11) "Младенцы в очищении первородного греха некогда и нуждались, но теперь, после того, как Иисус Христос, явившийся в мир для уничтожения греха, приобрел вечное искупление (Евр. 9:11-26), они уже в этом больше не нуждаются... - таковых есть Царствие Божие."

Апостол Павел в Послании к Евреям (9:11-26; 10:10-14) говорит о величайшем превосходстве Голгофской жертвы Иисуса Христа над ветхозаветными жертвами: последние ежегодно приносились, и только для очищения тела (9:13), а Христос, однажды пострадав, навсегда воссел одесную Бога и приобрел вечное искупление; "во второй раз явится не для очищения греха, а для ожидающих Его во спасение" (9:28). Через Свою Церковь Господь Духом Святым усвояет людям плоды искупления (Ин 3:5-6; Мт. 28:18-20; Мр. 16:15-16; Ин 6:53; Еф. 1:22-23; 4:11-16; 5:23, 26-27 и др.); другого пути нет. Искупительные блага воспринимаются ищущими их, жаждущими, приходящими ко Иисусу: "в Нем и вы, услышавши слово истины, благовествование вашего спасения и, уверовавши в Него, запечатлены обетованным Святым Духом" (Еф. 1:13; ср. Деян. 2:37-39 и др.).

Сектанты из учения апостола Павла (Евр. 9:11-26): Иисус Христос "приобрел вечное искупление... явился для уничтожения греха жертвою Своею," - делают такой вывод: поэтому младенцы очищены от первородного греха (?!) Каким же образом очищены? Почему только младенцы, а не весь мир, за который страдал Господь? Зачем Господь основал Церковь Свою, поставил апостолов и их преемников, послал Духа Святого? Ведь Он приобрел вечное искупление для всех.

Апостол Петр, зная, что Господь "приобрел вечное искупление и явился для уничтожения греха," так благовествовал: "покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов; и получите дар Святого Духа (вследствие вечного искупления, совершенного Иисусом Христом). Ибо вам принадлежит обетование и детям вашим" (Деян. 2:38).

12) "Мы положительно утверждаем, что младенцы, ни наши без крещения, ни, вообще, чьи бы то ни было с крещением, в Церковь Христову за взрослыми без покаяния и личной веры никогда не попадали и вовеки не попадут."

Наконец, сектанты сознались, что их некрещеные младенцы "не в Церкви Христовой и вовеки в нее не попадут." Где же их младенцы? Если не в Церкви Христовой, то значит - не у Христа - Главы Церкви (Еф. 1:22-23), а (скажем словами Священного Писания) "у князя мира" (Ин 14:30; Еф. 2:2), "во власти сатаны" (Деян. 26:18; Кол. 1:13; 1 Пет 2:9; ср. отлученный от Церкви коринф. кровосмесник предан сатане - 1 Кор. 5:5; ср. 1 Тим. 1:20). Сектанты отвергают спасительность крещения и Церкви, их не страшит участь некрещеных младенцев, потому что и сами попали "в сети диавола, который уловил их в свою волю" (2 Тим. 2:26). Мы, православные, имеем великое утешение, зная, что Бог через Сввятое Крещение Христово Духом Святым избавляет младенцев от власти сатаны и вводит их в Царство возлюбленного Сына Своего, т.е. Церковь православную - Христову, а через нее и в Царство Небесное (ср. Ин 3:5).

13) Так как православные крещены в младенчестве без сознания, то и ведут жизнь порочную.

В крещении младенец очищается от первородного греха, а взрослый - и от грехов, содеянных им до крещения, но свобода воли, а, следовательно, и способность грешить, или жить добродетельно не уничтожается; поэтому грехопадение возможно и после крещения, совершенного даже над людьми в зрелом возрасте: Анания и Сапфира - Деян. 5:1-11; коринф. кровосмесник - 1 Кор. 5:1; Симон волхв - Деян. 8:22; ср. Кол. 1:23; Евр. 3:6, 2, 4; 6:4-6; 10:25-30.

скачать]]> Admin Sun, 16 Nov 2008 11:33:22 +0100